— И даже если я тебе откажу в помощи? — она посмотрела на него упрямо, вздёрнув подбородок.
— Это будет твоё решение. Я приму его. Но всё же я хотел бы, чтобы ты хорошо всё обдумала. От твоего решения будут зависеть судьбы многих жизней.
— Не манипулируй мной, Люсьен. — Каков наглец! Он прекрасно знал, какая у неё чуткая натура. Кэролайн подошла к дивану и, схватив сумочку, направилась к двери, но остановилась и повернулась к нему: — Ты сказал, что у тебя есть план?
— Есть, но ты узнаешь о нём, только когда решишь, на чьей стороне, и будешь полностью готова. И, Кэролайн, у нас очень мало времени. Сообщи мне о своём решении. — Он опять подошёл и распахнул перед ней двери. — В любом случае, независимо от того, что ты решишь, мы будем продолжать с тобой так же дружить. — Люсьен подошёл к ней вплотную и поцеловал в уголок губ. — Я буду ждать от тебя новостей, милая.
Она пробиралась через толпу вампиров через весь зал. Сегодня было особенно много народу у Люсьена, но она не обращала ни на кого внимания. Кто-то из гостей кричал ей, приглашая поболтать, но Форбс, не оборачиваясь, решительно направлялась к выходу из особняка. Ей нужно в свою квартирку, побыть одной и обдумать всё досконально. Ей нужно поступить правильно и взвесить все «за» и «против». И речь уже не шла о какой-либо мести Клаусу. Речь шла о невинных людях, которые могут пострадать при этом. Она должна сделать правильный шаг.
***
Мысли Кэролайн были до сих пор заняты, когда она вошла в квартиру и, не смотря по сторонам, кинула ключи на столик. Она на ходу скидывала туфли и снимала с задумчивым видом с себя пиджак и остальные вещи. Подойдя к барной стойке и наливая себе выпивку, она всё думала, что вообще по всему этому поводу думают остальные первородные. Ей так хотелось позвонить Ребекке и расспросить её обо всём этом, но, конечно, она понимала, что может выдать Люсьена. Сейчас она разрывалась между двумя огнями и не знала, какой из них в первую очередь тушить.
— Привет, Кэролайн, — услышала она бархатистый голос Клауса. Секунда осознания, и бокал с янтарной жидкостью от неожиданности падает на её персидский ковёр. Она медленно повернула голову в его сторону и увидела лежащего на её кровати древнего нахала. Он сверлил её взглядом и, в отличие от неё самой, чувствовал себя раскованно, удобно расположившись полностью одетый и положив ногу на ногу, он продолжил: — Да, прости. Куда девались мои манеры. — Клаус перевёл взгляд на образовавшееся пятно на ковре, а потом медленно окинул её взглядом. — Не думал тебя пугать, но ты так была занята своими мыслями, дорогуша, что я не хотел отрывать тебя от столь увлекательного занятия, но после третьего бокала решил всё-таки остановить тебя, так как сейчас нам нужно трезво обсудить одну маленькую проблемку.
— Что ты тут делаешь? — Кэролайн силилась привести свой разум в порядок, но пока ей это не удавалось. Она на вампирской скорости собрала свою раскиданную одежду и вмиг стояла перед ним уже не в белье, а опять полностью одетая.
— Зря. Это было прекрасным зрелищем. Особенно когда юбка полетела и попала мне в лицо, — подмигнул он ей. Как? Как она могла не заметить, что в её доме посторонний, учитывая, что она вампир.
— Что ты тут делаешь? — повторилась она. Сейчас ей было совсем не до шуток. Она не была морально готова ко встрече с ним.
— Нам нужно поговорить, но сначала я бы хотел узнать, где ты была? — Он встал и направился к её бару, в очередной раз показывая, что он тут хозяин.
— Тебя это не касается, Клаус, — прошипела Кэролайн. Да какое он имеет право?
— Касается. Учитывая то, что ты пропахла Люсьеном. — Он замолчал, наливая себе бурбон в стакан, и когда древний повернулся, то его глаза горели. От ревности? От злости? Она не понимала, в чём проблема того, что она встречалась с другом. — Марсель уехал, и ты побежала к нему?
— Мы с ним дружим уже пять лет, если ты не забыл, и я не собираюсь обсуждать с тобой наши с ним отношения! — Кэролайн закатила глаза, показывая Клаусу своё недовольство.
— Разве вы с ним только дружите? — Клаус подошёл к ней совсем близко: ещё чуть-чуть и его грудь коснётся её. Это была опасная близость, и она поспешила отойти на безопасное расстояние.
— Повторяю ещё раз — это тебя не касается, Клаус, — она упрямо подняла подбородок.
— Ошибаешься. Касается, — прорычал он. — И твоя миссия в Париже завершена. Я хочу, чтобы завтра ты собрала вещи и была готова.
— Серьёзно? Ты думаешь, можешь диктовать, что мне делать? Врываться ко мне, поджидать меня, пугать, а потом так просто объявлять о том, что я должна покинуть город, к которому привыкла, бросить друзей, которые мне дороги? Ты серьёзно думаешь, что имеешь право на это всё? — Она в бешенстве развела руками. — Тебе не кажется, что ты перегибаешь палку, Клаус? И ты этим нарушаешь договор между нами! Я ввела Марселя в общество Люсьена, всё, что диктовал мне он, я, как послушная собачка, исполняла!
— Тогда я забыл обсудить с тобой форс-мажорные обстоятельства, но думаю, мы с тобой исправим эти пробелы, когда ты очнёшься…
Последнее, что она видела — это его глаза, налитые бешенством и решительностью. Потом её окутала темнота, в которую она провалилась, словно в пропасть, насильно, и когда очнётся, в её душе останется такая же темнота, мучительные и горькие сомненья.
— Ты слишком много всегда болтаешь, любовь моя… — Клаус держал её на руках. Голова Кэролайн болталась оттого, что он секундой назад свернул ей шею. Он аккуратно уложил её на кровать и, стоя около неё, продолжал на неё смотреть. — Тебе понравится Новый Орлеан, Кэролайн.
====== Глава 19 ======
— Что происходит? Куда мы летим? — это были первые панические вопросы, когда Кэролайн очнулась и поняла, что оказалась в частном самолёте Майклсона. Клаус вальяжно сидел в пассажирском кресле, а рядом с ним стояла миленькая стюардесса и цедила свою кровь из запястья в бокал древнему.
— Ты долго была в отключке. Совсем скоро мы совершим посадку в аэропорту Нового Орлеана. — И сообщил он это таким обыденным тоном, как будто этот полёт был запланирован у Кэролайн.
— Зачем тебе всё это? — она оттолкнула предложенный стюардессой бокал и гневно уставилась на Клауса.
— Ничего личного, дорогуша. Ты просто расходный материал. — Древний иронично поднял бровь.
— Не сомневаюсь, но хотелось бы знать о твоём очередном мерзком плане, — Кэролайн брезгливо поморщилась. Сейчас она как никогда ненавидела его.
— Ты льстишь мне, Кэролайн. — Майклсон улыбнулся ей самой очаровательной улыбкой, а она раздражённо закатила глаза.
— Я не выйду из этого самолёта, пока ты мне не объяснишь, что ты задумал.
— Всё очень просто. Мне нужно, чтобы Касл перестал устраивать бунт между вампирами. — Клаус пожал плечами, и отвернулся к иллюминатору, и, казалось, полностью был поглощён созерцанием облаков.
— Не вижу связи между мной и Люсьеном, — не выдержала Форбс. Наконец Клаус оторвал свой взгляд от иллюминатора и удивлённо посмотрел на неё.
— Люсьен пойдёт на всё ради тебя, дорогуша, и ты это прекрасно знаешь. — Сейчас ей хотелось крикнуть ему в лицо: «А ты?», но она сдержалась. — Я дал ему на раздумья три дня, и, поверь мне, он примчится за тобой раньше. Так что ты долго не задержишься.
— С чего такая уверенность? — недовольно произнесла Кэролайн.
— Я знаю его уже тысячелетие, дорогуша, и он мой первообращённый. Предлагаю перемирие на эти дни. Расслабься и получай удовольствие. Посмотри на это с другой стороны, Кэролайн. Ты навестишь своих подруг. — У него так всё просто выглядело, что ей захотелось врезать ему хорошенько и убрать ухмылку с его лица.
— Заодно я поближе познакомлюсь с твоей любовницей, — ехидно произнесла она.
— Сейчас она в Лондоне, и, думаю, вы с ней не столкнётесь, но вот тебе совет на будущее, Кэролайн. Камила очень несдержанный вампир, и поэтому будь с ней осторожнее. Когда она была человеком, то была милой и безобидной, но, обратившись, изменилась.