Слушание завершилось.
Нари вышла из зала суда и посмотрела на небо. Так глупо и обидно закончился очередной этап ее жизни. Долгий, надо признать, этап, но не слишком приятный и полезный, если судить по итогу.
– Нари, подожди, – голос Варта раздался слишком близко.
– Что тебе нужно?
Они не то чтобы дружили, но естественно, познакомились за семь лет общения с Ивеном.
– Хотел извиниться, и ты права – надо было связаться с тобой еще тогда. Просто у вас это настолько долго тянулось, что… прости.
Варт был выше ее на полторы головы, как и двое других. Сейчас они подавляли массой вольно или невольно.
– Не извиняю, – Нари сделала шаг назад. – Понимаю, но не извиняю. В любом случае теперь это не важно. Всего хорошего.
– Нари, давай поговорим, – подал голос Герт.
– Мы уже поговорили, и мне этого достаточно.
– Как ты смогла подтянуть вашу совместимость? – неожиданно спросил Герт. – Она была шестьдесят, потом мелькнула в документах в районе семидесяти, а теперь ты заявила о восьмидесяти одном проценте.
– Я мастер-артефактор, специализирующийся на артефакторике крови, как ваше оружие. Как говорил мой преподаватель, любой артефакт крови – это кость, плоть и кровь. Любой разумный – кость, плоть, кровь и дерьмо. Если не влиять на последнее, все мы – артефакты крови, подчиняющиеся законам магии крови.
– Круто! – присвистнул Зарт.
– Именно.
– Но это не объясняет повышение уровня.
– Про сонастройку амулетов слышали? Я повысила совместимость себя и Ивена, как делают это с артефактами.
– Сильно.
– Именно. Еще вопросы?
– Для других ты так сделать можешь?
– Нет, – расхохоталась Нари. – Это тонкая магическая манипуляция с аурами.
– Ясно, а жаль.
– Наверное. Если больше вопросов нет, давайте прощаться.
– Еще раз извини, надо было сразу сказать, но…
– Но если Ивен был менталистом, то усилил нежелание вмешиваться в чужие семейные дела, – заметил Зарт задумчиво.
– Если был. И на помощь этой клановой девочке его влияния не хватило.
– Она из клана, там срабатывают другие основы, – заметил Варт. – Поэтому с тобой возникали сомнения, а с ней нет.
– Отлично, с другой стороны – лучше так, чем иначе, хотя на что он рассчитывал, не понимаю. Брачный ритуал я бы сама заметила.
– Скрыл бы браслет, и всё, – отмахнулся Герт.
– Ритуал отпечатывается на магической ауре. Я, как сонастроенный артефакт, сразу бы его ощутила.
Все трое внимательно на нее посмотрели.
Варт пожал плечами и предположил:
– Это знаешь ты, но не знаем мы, полагаю, не знал и Ивен.
– А если он реально с ментальными способностями, то это объясняет его самоуверенность, – добавил Зарт.
– Ты слишком веришь в версию ментального дара. На нее хорошо можно свалить любую собственную грязь, правда? – не удержалась Нари от упрека.
– С одной стороны, да, – согласился он. – С другой – это отлично объяснило бы многие странные моменты. Раньше я полагал, что причина в детстве и прочих психологических фактах, теперь есть более внятное объяснение.
– Да, Зарт, он периодически что-то такое бурчал, – согласился Герт.
– В общем, подождем вердикта специалиста.
– Подождем.
На этой радостной ноте они всё же расстались, и Нари отправилась проветриться. Ей требовалось побыть одной и подумать. И прогулка по большому красивому старинному городу в этом отлично помогала. Нари любовалась видами и периодически проваливалась в себя, пытаясь понять, как так вышло.
Она окончила Высшую школу артефакторики среди десятка лучших, брала зубрежкой, усидчивостью и… нестандартным подходом. Потом устроилась в первую мастерскую, потом во вторую и, наконец, нашла себя на нынешнем месте. Хороший коллектив, понятные задачи, приятная работа и нормальный график.
Всё бы ничего, но собственный резерв у Нари слишком мал, а для работы с артефактами требовалась живая энергия. Природная от естественных источников отлично шла на другие цели, но для артефактов, лечения, бытовой магии и прочих направлений требовалась именно живая. Когда на последнем курсе поняла, в какой ситуации оказалась, Нарини поступила, как многие до нее, начала искать военного, которому требовалась стабилизация и очистка ауры.