– Вот и не хочу рисковать больше.
– Согласна. Только сонастройка, без подтяжек петелек? – проникновенно произнесла хищница.
– А давайте поставим на паузу? Чтобы не было вопросов, сколько вреда может принести один человек, ага? Через годик посмотрим на младенцев, убедимся, что они обычные, и тогда будем гармонизировать, настраивать и нести счастье не успевшим убежать и спрятаться.
– Мне нравится оптимизм, только вот ждать годик не хочется. Давайте рискнем сейчас?
– Нет.
– А если подумать?
– Я сглупила, вообще ввязавшись в это дело.
– Вы дали надежду.
– Отнимать ее глупо, но так рисковать – тем более.
– Только гармонизация, и всё.
– Ладно, но с условием – мои контакты теряются, и больше никто с этим вопросом не подходит. Подождем годик и дальше будем смотреть.
– Не возьмусь за такое, – тут же ответила хищница. – Наших в кураже я не остановлю, но перескажу опасения и спущу на тормозах, насколько возможно.
– Договорились!
– Отлично. Завтра устроит?
– Хорошо.
– Спасибо, до завтра!
Та улыбнулась и растворилось в ночи, а Нари побрела домой.
И вечер, и следующий день прошли как в тумане, пока после работы не состоялась знаменательная встреча.
Большой внедорожник и Лоли рядом. Она даже любезно открыла дверь, и Нари опешила – на заднем сидении спал мужчина.
– Что с ним?
– Усталость, истощение и прочее, поэтому я настаивала, – пояснила хищница.
– Да, но как проводить слияние, если он без сознания?
– Это глубокий сон, процессам энергетического обмена не мешает.
– Но он должен быть в сознании.
– Приведу, – отмахнулась та небрежно.
– А… извини, я испугалась.
– Понимаю, это нормально. Значит, нам куда…
Лоли вела по навигатору, и вскоре дорога вывела к тому самому парку и, видимо, тому самому водоему. Нари смотрела на дорогу и старалась ни о чём не думать.
– Всё так плохо? – вдруг спросила водитель.
– Нет, странно немного, но нормально.
– Ты переживаешь.
– Ты бы не стала этого делать? И главное, понимаю, что острота реакции пройдет, но подспудный страх останется лет на двадцать. Это пугает.
– Еще бы.
– Вот и не знаю, что делать.
– Оно постепенно сойдет на нет.
– Станет фоновым, но никогда не уйдет.
– Зато если вдруг всё сложится отлично, то через три десятка лет начнется эйфория. Представляешь, твоим именем назовут новый метод?!
– Ага, – иронично ответила Нари. – В документальных расследованиях его будут часто повторять.
– Не веришь в хорошее развитие событий?
– Верю, но более ограниченно.
– Ясно. И всё же держись, найди в себе что-то для опоры. Или кого вовне…
– Ага, смешно.
– А что так?
– Ты в курсе, кто он? И сколько ему лет? – возмутилась Нари.
– Не так чтобы в подробностях, – честно ответила Лоли.
– Он на десяток с лишним лет меня моложе, красивый клановый мальчик с блестящим будущим. А тут немолодая тетка с умением подтягивать совместимость до приемлемого уровня.
– А… ты его номер случайно не знаешь? Я бы сама посмотрела, – предложила та заинтересованно. – И смогу сказать со стороны более объективно.
– Номер – это та куча цифр, которые вы сообщаете при знакомстве? Знаю, где-то записывала.
Поиски в телефоне затянулись, но наконец-то нужное попалось.
Лоли забила номер в планшет и хмыкнула, посматривая в него и на дорогу.
– Вот видишь, о чём я? Ему вообще двадцать шесть – почти ребенок.
– Ну, это ты загнула! – отмахнулась та. – У многих в таком возрасте свои дети ползают. Ветвь, конечно, из первых линий. Но с другой стороны – что такое десяток лет разницы?
– Он найдет приличную девушку из ваших клановых, и всё, а у меня просто временно появился партнер с хорошей совместимостью.
– Насколько хорошей?
– Семьдесят семь.
Лоли присвистнула: