– Мой метод, как вы выразились, требует внятного оформления и формулирования. Пока это сырые наброски.
– И тут нужен исследователь для учета всех моментов.
– Возможно, вы правы, – согласилась Нари, с трудом удерживаясь от спора.
– Вероятно.
– Раз вы выяснили главное, вернемся к насущному. Госпожа Нарини, дайте руки, вас будут лечить. А мы дальше займемся документами и разговорами, – нехорошо улыбнулась хищница.
– Я бы попросил госпожу Нарини посмотреть на всех постоянных пациентов больницы во избежание подобной ситуации, – тут же категорично отозвался главврач.
– Хорошо, посмотрю. Их много?
– Достаточно, – уклончиво ответил тот.
Из плюсов: мужчина, будучи прирожденным целителем, залечил повреждения буквально за мгновения, подержав руки Нари между своими.
А потом почти три часа рассматривали пациентов. Странный артефакт крови нашелся только у одного, причем надел тот его сам и снимать не позволил. Судя по истории, больной так пробовал лечить свою болезнь. Пометки сделали все, в том числе и хищница, по словам главного, дальше с ним будут иначе работать.
Еще почти десяток пациентов оказались заражены энергетическими паразитами невероятных размеров, отчего сами люди напоминали овощи. Извлекать их пришлось тоже в источнике, и теперь в аквариумах ёмкостью на ведро плавали не мелкие икринки, а офигительные сгустки чужеродной жизни.
На этой стадии появились лишние личности, собственно, их с каждым часом становилось всё больше, поскольку новость разлетелась моментально. Министерство здравоохранения, исследовательский корпус при нём, военный исследовательский корпус, кто-то из городской администрации и даже от совета Двенадцати.
Ошейники. Больные. Выяснения. Разговоры.
Потом паразиты, приведшие в восторг и удивительный вывод.
– Надо провести комплексное обследование по всем больницам вашего профиля на наличие магических артефактов и заражения магическими паразитами, – заявила чиновница из министерства.
– Тем более эти люди службу не проходили и наши проверки миновали, – согласился исследователь от военных.
Нари, безучастная почти ко всему – слишком много эмоций, впечатлений, да и сил потратилось изрядно, встрепенулась:
– В смысле не проходили. Двое точно после армии.
– Нет, мы проверили.
– Как нет? – возмутилась Нари. – Помните того седого дерганого мужчину? Не знаю, как это называется...
– Да, есть такой, – согласился кто-то из врачей.
Больной обнаружился в одном из соседних помещений с кружкой чая и в компании немолодой санитарки.
– Вот так, Мура. Пей.
Санитарка насторожилась, больной тоже крепче прижал к себе сухарик.
– Можно правую руку у предплечья показать? – попросила Нари у санитарки.
– Хорошо, – согласилась та.
Несколько минут уговоров и обещание второго сухарика позволили снять с больного рубашку и показать размазанное от татуировки пятно. Так выглядят грубые попытки свести набитые в армии номера. Причем хорошие клиники и новые технологии убирают всё без следов. А дешевые, как правило, оставляют такие отметины. С этим сталкивались, кажется, все.
– Я посвечу? – доброжелательно спросил исследователь.
Странный светлячок на пальцах и проявившийся номер.
– Что-то мне всё это не нравится, – заметила хищница. – Совсем не нравится.
– Полностью поддерживаю, – сухо сообщил главврач.
– Ты принял больницу полгода назад, – напомнила доктор Санмили. – Эти больные тут значительно дольше.
– В любом случае будем разбираться, – констатировал представитель Совета. – Подобного быть не должно.
Спорить с ним никто не стал.
***
Домой Нари вернулась в десятом часу ночи, практически убитая очередным порталом. Ей хватило сил сразу сесть в автобус и набрать Арда. Тот, к счастью, ответил и всю дорогу слушал о сумасшедшем дне. Они проговорили путь до дома, суету там и расстались, только когда Нари собралась в душ. Тут она вспомнила о времени и построении, но Ард отмахнулся, дескать, решил этот вопрос.