— Не торопись заносить Джозефа в колонку со знаком плюс, — мудро сказала Эллен, потягивая свой напиток и наблюдая за улыбающейся женщиной через обод стакана. — Лучший друг Шейна поставляется со своими проблемами. Они с Шейном были неразлучны еще со средней школы, и почти столько же времени попадали с ним в разные неприятности.
Риза тихо засмеялась. Значит, ее впечатление о Джо было совершенно верным, решила она.
— Ладно… Джо идет в колонку с минусом. Дайте подумать. О, знаю… Шейн хорош в перемещении тяжелый вещей. А еще, я недавно обнаружила, что он хорошо делает массаж стоп, от которого я каждый раз засыпаю, — сказала Риза, гордясь собой за то, что смогла придумать и сказать матери Шейна нечто позитивное о мальчике, которого она вырастила. Умалчивая о том, что он был самым мегаталантливым, открытым мужчиной из всех, кого она впускала в свою постель.
Эллен фыркнула на ответ Ризы.
— Похоже, он вряд ли стоит того, чтобы его даже кормить. Это все его достоинства? — иронично спросила она, провоцируя молодую женщину, которая, как она заметила, была с ней осторожна.
И улыбнулась, когда Риза снова рассмеялась. Довольно приятная и с отличным чувством юмора, решила Эллен. Женщина была очень красивой, с этими острыми, зелеными, как изумруды, глазами, которые сверкали, когда она задумывалась.
— Нет. Это не все. Вы действительно собираетесь заставить меня выболтать о нем все, да? — спросила Риза.
Эллен кивнула и засмеялась в ответ.
— Ваш сын определенно не бой-скаут, но он терпелив с детьми, у него отличное чувство юмора и у него, вероятно, самый позитивный взгляд на жизнь, среди всех мужчин, — перечислила Риза, — вот почему я позволила ему быть со мной, не смотря на то, что он на семь лет меня младше. У меня были мужчины, но Шейн, вероятно, самый лучший из всех, кого я знала.
Наконец удовлетворенная, Эллен вздохнула.
— Это позитивное отношение у него от Уилла, — тихо объяснила она, смягчившись от слов Ризы и полной искренности, с которой женщина похвалила ее сына. — И знаешь, дорогая, я больше, чем на семь лет старше моего мужа, так что ничего не скажу о том, что мой сын встречается с женщиной, которая немного его старше. Потому что лицемерие по этому вопросу все еще будет семейной шуткой, даже после того, как меня похоронят.
— Тогда что вас беспокоит в том, что мы встречаемся? — воспользовавшись возможностью, прямо спросила Риза, но ожидая ответа Эллен, все еще пристально смотрела на свои руки. Какой бы смелой и готовой на конфронтацию она не была, Риза не была готова к откровенному осуждению Шейна.
Услышав шаркающие шаги, Риза и Эллен подняли глаза, обнаружив краснолицего Шейна который стоял в дверном проеме и смотрел на них, мертвой хваткой вцепившись в пустую миску.
— Перерыв в кино, — сказал он, размахивая чашей. — Нам нужен еще попкорн.
— Проходи и поговори с матерью, пока я делаю новую порцию, — резко сказала Риза, вставая и похлопывая по стулу, а затем указывала на него и обратно на стул, когда он не сдвинулся с места.
Вздохнув, Шейн прошел и сел лицом к матери. Не видя гнева в выражении ее лица, или свидетельства надвигающегося приступа плача, он рискнул взглянуть на Ризу, которая потянулась, чтобы достать попкорн со второй полки шкафа. Вид ее вытянувшегося и напряженного тела, заставил его вздохнуть от желания подойти, встать позади нее и помогать, пока она не захочет чего-то гораздо большего, чем попкорн.
Когда Шейн услышал смех матери, его виноватый взгляд снова обратился на нее.
— Так что ты можешь мне сказать Шейн Реджинальд Ларсон, — потребовала Эллен, обращаясь к нему полным именем. Ей не нужно было спрашивать, насколько серьезен он в отношении Ризы Каллахан. Потому что его чувства к женщине, были написаны у него на лице. Точно так же, как и его отец, ее младший сын был открытой книгой для любого, кто знал, как его читать.
— Реджинальд? — повторила Риза, рассмеявшись так громко, что смех был слышен даже при работающей микроволновой печи. — Реджинальд Ларсон… я определенно запишу это для использования в будущем.
— Просто, что бы ты знала, Тереза Энн, я тоже терпеть не могу свое среднее имя, — сказал Шейн Ризе.
— Жаль, — сказала Риза, не обращая внимания на его умоляющий взгляд. Потому, что решила сарказмом показать ему, как она была недовольна тем, что он позволил ей столкнуться с его матерью в одиночестве. — Как ты можешь ненавидеть имя, которое тебе так подходит, Реджи?