- помнишь, когда мы только познакомились, ты очень хотела уехать в Москву?
сливочный ризотто с огромными розовыми королевскими креветками и огромными мидиями полностью захватило ее внимание, она медленно водила вилкой по натертому пармезану : «кажется это было так давно»
-мои друзья начали там бизнес, я уеду …
В горле у неё что-то перехватило, лицо стало каменно-тяжелым, за одну секунду стянуло живот и слёзы подступили к глазам
- тогда зачем это всё!- первый раз она тихо кричала на него, первый раз она начала его ненавидеть, первый раз он убил какую-то надежду на то, о чем она еще ни разу не мечтала. – мог бы просто оставить меня в больнице
М не успев договорить, закрыл рот, посмотрел по сторонам, медленно провел пальцами по губам, как бы вытягивая их и подавил смешок
Она уже не смотрела на него, отставила тарелку, креветки больше не завораживали, да и даже если бы она не ела две недели, то все-равно бы отставила тарелку. Май тай был допит за секунду
-мелкая…
-вам повторить?- его опять прервали, официант все время стоял неподалеку, и с каким то азартным лицом предложил еще коктейль, видимо решил подлить масло в огонь
- джин тоник – не взглянув на худощавого блондина сказала она. иногда она выкладывала бокал шампанского утром в сториз, а иногда бутылку в обед, поэтому этим вечером ничего не мешало ей напиться.
Когда наконец любопытный официант удалился, М попытался заглянуть ей в лицо
-…дак вот, я поеду на машине, через неделю, жить пока буду у Альберта, потом найду квартиру и перееду…
«Господи, зачем мне это знать! Как же ты опять можешь уехать! Снова! От меня!» чувства потери и страха, будто обвились вокруг шеи
-я хочу чтоб мы поехали вместе
Слезы выступили на глаза, она уже почти отвернулась от М, якобы разглядывая стены, которые видела тысячу раз. Наклонив голову, она провела по щеке якобы поправляя волосы, но покрасневший нос и стеклянные зрачки, выдавали ее слабость. Она подперла кулаком подбородок и продолжала гипнотизировать стену. М протянулся через весь стол,в зял в руки ее ладонь
-малыш…
Первый раз, первый раз он назвал ее не мелкая, не дура, не по имени, не как-то абсолютно по-ребячески
-… я уеду только с тобой, ты нужна мне там, тебя тут ничего не держит
Они оба понимали что в этом городе ей ловить нечего.
Сначала она подумала о маме, но резко повернувшись, не отрывая голову от руки, спросила: «на долго»?
- надеюсь что да, я в любом случае хочу там остаться, даже если с Альбертом не получится
У нее в голове сделалось совсем пусто, ни одной мысли, не за что зацепиться.
- я давно об этом думал, здесь уже ловить нечего, я вырос из этого города, да и все бары мы уже объехали – белоснежная улыбка ослепляла на фоне тайского загара – я не хочу чтоб ты думала, я хочу тебя забрать, поговори с мамой
- ей без разницы
- ты же знаешь, что это не так, давай я тебя увезу к ней
- не сегодня – джин тоник неплохо ударил в голову, глаза сами начали закрываться, тело становилось теплым и тяжелым
-поехали домой
- я хочу покататься, как раньше
-посчитайте нас!!!
М 23
Он обнимал ее за плечи, пока они шли к машине. М сначала посадил ее, потом сел сам, салон был пропитан «Montale», они всегда валялись в двери. На улице было тепло,но она включила подогрев, голова всю еще была пустой. Машина выехала с паркинга в ночной город N, проехали до объездной, фонарей становилось все меньше. Она ехала прижавши ноги к груди и наклонившись к окну, М держал ее за руку – в этом была какая-то магия. Все опять перестало для нее существовать, были только они, БМВ и дорога. Дорога хоть куда, думать было не о чем, она уедет. Уедет за ним - куда он скажет, щеки снова были мокрые, «где ты был раньше», воспоминания прошедших месяцев, мамин заплаканный голос, «академ», больница, грязные дворы, «белые дороги» - ей стало от себя тошно, слезы уже ручьями катились по щекам, она отвернулась к окну и крепко сжала его руку. Через 10 минут она спала, М смотрел на неё. Фонари по очереди освещали её лицо. Острый нос, большие глаза, мелкие волнистые пряди, выбившиеся из хвоста. Полоса света, другая полоса, и так до самого города. Приехали, в лифте она почти лежала на нём. М крепко обнимал её, вдыхая аромат волос. Она пахла детством, в буквальном смысле - это был ее особый секрет – детская пудра, которой Олеся постоянно пользовалась вместо сухого шампуня. М помог ей раздеться, она делала вид, что в полусне. Холодная постель, она сразу отвернулась от него на другой бок, но М обвил ее рукой вокруг талии и прижал к своему горячему телу. Олеся как бы во сне вытянула перед ним шею, и М уперся в нее лицом, медленно касаясь пухлыми губами.