— И у них есть лекарство?
— Полноценное? Пока нет, к сожалению. Но последние сообщения весьма обнадёживающие. Если я не ошибаюсь, то в течении последних месяцев должны были начаться первые клинические тесты. Но, как я уже сказал, этот проект, хоть и важен, но не столь… критичен в наших нынешних условиях, скажем так. В нашей текущей ситуации куда важнее забрать с «Агенора» нашу главную цель.
— Какую?
— Как я уже говорил на совещании, ваш тактик был прав относительно некоторых работ, что мы проводили на «Агеноре».
— Вы о биологическом оружие?
— О способах защиты от него, — поправил его Карличенко. — Но, в целом близко к истине. Мы должны либо вывезти, либо уничтожить все образцы, которые хранятся на станции «Агенор», капитан. Производство средств защиты невозможно без глубокого изучения и даже создания подобных видов угроз.
— Значит, на «Агеноре» все-таки создавалось оружие.
— Для того, чтобы придумать лекарство от гипотетического оружия, нужно понимать механизмы его воздействия, капитан, — парировал Карличенко.
— И много его там? — спросил Александр, уже внутренне предчувствуя, что ответ ему не понравится.
И Карличенко его не разочаровал.
— Очень, капитан, — вздохнул майор. — Очень много. Исследовательский комплекс, где проходили исследования включал в себя почти две с половиной тысячи человек. Они экспериментировали практически со всеми известными нам типами природных и искусственно выращенных вирусов. Проблема даже не в том, что всё это может попасть в руки Альянса. У нас есть предположение, что на «Агеноре» вообще не знают о происходящем в Пиренейском секторе…
— То есть, вы хотите сказать, что на колонии не в курсе о том, что здесь происходит? — удивился Зарин и Карличенко неохотно кивнул.
— К сожалению. Сеансы связи осуществлялись с помощью курьерских судов и носили цикличный характер. Мы получали от них сообщения, отчёты и доклады о проводимых исследованиях. Каждые пятнадцать стандартных суток.
— И последний интервал связи они пропустили, — вспомнил Александр рассказ майора на совещании.
— Верно. Это может быть связано, как с начавшейся гражданской войной, так и с проблемами на самой станции…
— Или с тем, что она уже нам не принадлежит, — закончил за него Зарин.
— И, опять-таки, верно. Думаю, что мне не стоит объяснять, насколько сильные негативные последствия будут в том случае, если Альянс получит в свои руки не просто запасы биооружия с колонии, но, так же, и весь его исследовательский и производственный потенциал. Я даже не стану говорить о том, какой медийный ущерб это может нанести в том случае, если они распространят сведения о том, какие работы проходили на борту колонии. Конечно же в мирах Ядра мы сможем замолчать или же, хотя бы частично задавить любые попытки воздействовать на наших граждан подобной информацией, но…
— Но Пиренейский сектор вам не подконтролен, — закончил мысль Александр. — Так же, как и другие сектора. И тогда все узнают о том, что Федерация занималась созданием оружия, которое сама же запретила.
Карличенко кивнул.
— Поэтому я и рассказываю вам об этом лично, капитан, а не на общем совещании. Не хотел, чтобы этот приказ вызвал… недовольство со стороны ваших людей. Информация об этом не должна выйти за пределы этой каюты.
— Какой приказ?
— В том случае, если присутствует хотя бы малейшая вероятность того, что «Агенор» может быть захвачен Альянсом — вы уничтожите колонию и всех, кто находится на её борту.
В первое мгновение Зарин решил, что ему послышалось.
— Майор, вы, верно, шутите. Там тринадцать тысяч человек! Я…
— Вы сделаете это, капитан, — холодно произнёс Карличенко, достав из кармана ещё один инфочип и протянул его Зарину. — Вы сделаете это потому, что таков приказ адмирала Андерсена и командования флота. В данном случае опасность того, что в руки наших врагов попадёт нечто столь опасное перевешивает ценность жизней находящихся на колонии людей.
Не говоря ни слова, Александр взял чип и подключил его к собственному комму. Перед его глазами появился текст приказа, заверенный личной электронной подписью адмирала Андерсена. Что ещё хуже, снизу приказа стояли ссылки на его копии, зарегистрированные в архиве штаба адмирала.
Обычно, в плохих фильмах, которые в детстве смотрел Александр вместе со своими братом, такие вот приказы отдавались в устной форме. Чтобы потом можно было спрятать концы в воду и избавиться от всех свидетелей. К несчастью для него, реальный мир работает одновременно куда проще и куда более прямолинейно, нежели хитрые злодеи из выдуманных историй.