Раньше, еще в период их взаимной влюбленности, упорство бойфренда в достижении поставленной цели любым способом она считала достоинством. Потом, когда розовая пелена спала с ее глаз, стала этой его особенностью тяготиться. А за год до расставания, когда в один прекрасный день Рейнолд рассказал ей, как при помощи мошеннического трюка и благодаря связям с «нужными» людьми устроил одному бывшему другу крупный проигрыш в казино, вообще начала этого его качества побаиваться.
Теперь Энн с ужасом думала, что, если не выполнит требования Рейнолда, сама превратится в его недруга. Однако с еще большим страхом представляла себе, что в качестве рычага для манипулирования ею он выберет Дэниела.
Когда уже не было слез и рыдания превратились в судорожные всхлипывания, Энн с трудом поднялась на затекшие от долгого сидения на корточках ноги, прошла в спальню и, не заглядывая в ванную и не раздеваясь, упала на кровать.
Если бы не Дэнни, она бы просто отключила телефоны и на некоторое время куда-нибудь уехала. И Рейнолд прекрасно знал, что Энн в состоянии так поступить… Поэтому, вероятнее всего, и собирался навредить именно Дэниелу… О Господи! Что же делать? Позвонить Дэнни? Все ему рассказать, предупредить? А если Рейнолд не планирует причинять ему вред? Она ведь ни в чем не уверена… Нет, поднимать панику раньше времени не следует. Надо как-нибудь вызнать у Рейнолда, что у того на уме, а уж потом предпринимать какие-то действия.
Энн закрыла глаза, и ей опять вспомнилось, с каким недоумением, с какой надеждой, даже мольбой смотрел на нее перед уходом Алан.
— Алан… — прошептала она с отчаянием и болью в сердце. — Милый, нежный, заботливый Алан. Не исключено, что увидеть в твоей гостиной написанный мною твой портрет мне никогда не удастся…
Она всхлипнула, содрогнувшись всем телом, а спустя несколько минут погрузилась в некрепкий тревожный сон.
Утро понедельника выдалось хмурым и навевающим тоску. Таким же было и настроение, в котором проснулась Энн. Вернее, в момент пробуждения она, хоть и испытывала непонятную тревогу, мысленно пребывала в сладких объятиях Алана и потому блаженствовала. Но как только ее мозг отошел от сна и воспоминания о разговоре с Рейнолдом обрушились на нее со всей своей беспощадностью, она почувствовала себя самым несчастным созданием на свете.
Пролежав в кровати с четверть часа, Энн с трудом поднялась и, сняв с себя одежду, в которой так и проспала всю ночь, направилась в душ. Живительные струи прохладной воды немного помогли ей прийти в чувство. Выйдя из ванной и надев благоухающее лавандой и свежестью льняное платье, она ощутила прилив бодрости, а расчесываясь, даже завела со своим отражением успокоительную беседу.
— Допустим, Рейнолд задумал навредить Дэниелу. Но что конкретно он сможет сделать? В худшем случае лишить его работы. Но ведь это не катастрофа.
Она пожала плечами, показывая этим жестом самой себе, что все не так уж и страшно, как ей представлялось вчера. И продолжила рассуждать вслух:
— Наш Дэнни — парень на редкость умный. Опыт работы у него есть, найдет себе другое место. Быть может, даже что-нибудь более стоящее. В крайнем случае, подключим к поиску друзей и знакомых, обратимся за помощью к папе. Продолжать работать с приятелем человека, который скоро меня возненавидит, так или иначе будет для него небезопасно.
Энн завязала волосы в хвостик, аккуратно нанесла на лицо увлажняющий дневной крем и улыбнулась себе.
— Разберусь с этой проблемой и сразу же позвоню Алану. Я ведь даже не поблагодарила его как следует за потрясающий уикенд. Когда все неприятности будут позади, я даже смогу рассказать ему, что именно меня тревожило. И тогда…
От предвкушения того, что их с Аланом ждет в будущем, у нее опять как будто выросли крылья. Еще раз улыбнувшись своему отражению в зеркале, Энн уже собралась пойти в кухню, как тишину комнаты пронзил телефонный звонок.
По рукам и ногам Энн как будто пробежал электрический разряд.
Рейнолд, мелькнуло в ее голове, и от испуга в первое мгновение она была не в состоянии пошевельнуться.
Раздался второй звонок.
Энн протянула к телефонной трубке руку, напоминая себе, что бояться ей, по сути дела, нечего.
— Алло! — произнесла она как можно более уверенным тоном.
— Привет, Энн! — раздался спокойный голос Алана.
— Алан! — воскликнула она, даже не подумав, что не должна так открыто выражать свою радость. — Откуда ты звонишь?