— Вы безмозглые тупицы! — крикнула она. — Скорей вы сами задохнетесь от злости, чем я потону.
Но разве уймется одуревшая толпа, которая видит ведьму в каждом черном коте? Грейс втащили обратно в лодку и отправили снова в тюрьму.
Через какое-то время опять устроили суд и снова не пришли ни к какому решению. И только, когда тем, кто белое привык называть черным и день ночью, надоело преследовать Грейс, от нее наконец отстали.
Некоторые полагали, что ей еще очень повезло.
«Летящее облако»
Баллада о пирате
Перевод Ю. Хазанова
Пред вами Генри Холлендерр,
Поверьте в этом мне,
Я родился в Ирландии,
В прекрасной стороне.
Пригожим был я смолоду,
И кудри хороши —
Во мне мои родители
Не чаяли души.
Хотел мой батюшка, чтоб я
Ремесленником стал,
И потому в бочарню он
Учить меня отдал.
На славу потрудился я
Не меньше двух годов,
И вот, пожалуйста, теперь
Бочар уже готов.
Но надо ж было мне в порту
Ввязаться в разговор
С одним бывалым морячком,
Он прозывался Мор;
Был капитаном корабля,
Из Балтимора сам,
Он предложил мне с ними плыть
К далеким берегам,
Где очень страшная жара
И черен весь народ, —
Мы этот люд погрузим в трюм,
И полный ход вперед!..
У Мора шхуна хоть куда,
Ни пятнышка на ней,
И захотелось плыть и плыть,
Хоть до скончанья дней!
«Летящим облаком» назвал
Ту шхуну капитан:
Белее снега паруса
И лебединый стан;
Она быстрее всех других
И всех других ладней,
И сорок девять пушечек
Под палубой у ней.
Потратили недели три,
Чтоб в Африку приплыть;
Пять сотен черных сразу в трюм —
Им век рабами быть.
Как сельди в бочке там они:
Не могут даже сесть,
Им очень мало в эти дни
Давали пить и есть.
Уж лучше было бы в гробу,
Чем в трюме том у нас;
Холера, тиф косили их,
Да и чума подчас.
Боялись заразиться мы
От черных и чумных:
Кидали мертвецов за борт,
А также и больных.
…Приплыли через шесть недель
К кубинским берегам,
И сразу всех живых рабов
У нас купили там.
Одна судьба у них — тростник
Для белых собирать,
Да от тоски и от бичей
Как мухи умирать…
Когда ж деньжата наши все
Ушли ко всем свиньям,
Спустился в кубрик капитан
И так сказал он нам:
«И золота и серебра
Сполна получит всяк —
Лишь только захотим поднять
Пиратский черный флаг!»
Вмиг согласилась вся братва,
Не согласилось пять:
Два парня-бостонца, а два —
Не помню, как их звать;
Еще один — ирландец был
Из города Траймор…
Что с ним я вместе не ушел,
Жалею до сих пор!
Мы много грабили судов,
Калечили народ,
Мы оставляли всюду вдов,
А также и сирот:
Мы никогда не брали в плен —
Так командир велел,
Любил он часто повторять:
«У мертвых меньше дел».
За нами гнались по пятам
Большие корабли,
Но с нашей шхуной ничего
Поделать не могли.
Мы уходили от погонь —
Где мы? — простыл и след!..
Не настигал нас их огонь
Довольно много лет.
…Но повстречался, как на грех,
Испанский нам линкор;
Хотели от него удрать:
Ведь он не слишком скор.
Но метким выстрелом бизань,
Как бритвой, снес он враз.
«Готовься к бою!» — капитан
Сейчас же дал приказ.
Мы дрались бешено — в крови
Вся палуба была,
По морю долго полоса
Кровавая плыла;
Уже убит наш капитан
И с ним десятков пять…
Лишь после этого сумел
Нас в плен противник взять
Прощайте, рощи, и леса,
И девушка моя,
Ее кудрей и карих глаз
Уж не увижу я!
Не погуляю больше с ней
В лесу рука в руке,
А смертью жалкою умру
Отсюда вдалеке!..
И вскоре уж в Ньюгейт в цепях
Отправили меня —
За всю мою лихую жизнь,
За все, что сделал я…
Да, виски и разбой виной
Тому, что я такой.
Друзья, старайтесь избегать
Компании плохой!
Дуй ветер попутный
Перевод В. Рогова
Пустили объявленье на севере страны;
«Лихие китобои Америке нужны».
Припев:Дуй, ветер попутный,
Вой-завывай!
Дружно за дело, ребята,
Наддай, наддай!
И если вы в Нью-Бедфорд пришли в недобрый час,
То мигом проходимцы экипируют вас.
Там скажут, что к отходу любой корабль готов
И мы через полгода забьем пятьсот китов.
Вот в море мы выходим, а ветер зол и лют,
Матросы все на палубе и в кубрике блюют.
А уж насчет питанья, так разносолов нет:
Вонючая говядина да горсть гнилых галет.
Полезли мы на ванты, и слышен голос нам,
«Посматривай на реи, не то пойдешь к чертям!»
Наш капитан на мостике, мы забрались на ют,
Орет впередсмотрящий: «Китов фонтаны бьют!»
«Спускай, ребята, шлюпки, за ними вслед пойдем,
Да будьте осторожней: перешибут хвостом!»
Забили, потащили, пришел разделки час,
Для отдыха минутки нет никому из нас.
Когда все в трюм запхали — расчету череда:
Полдоллара на рыло, шесть месяцев труда.
Когда сойдем на берег в каком-то из портов,
Надрызгаемся вдосталь да бросим бить китов!
Революционный чай
Перевод М. Сергеева
Старая леди была королевой островитян.
Дочь родная ее проживала в далекой стране.
А меж ними, дыша и волнуясь, лежал океан
С белым гребнем на каждой косой и летящей волне.
У старухи у леди ломилась от злата казна,
Но за жадность, должно быть, лишил ее разума бог,
И, призвав свою дочь, объявила однажды она,
С каждым мигом все больше серчая:
«Ты отныне платить дополнительный будешь налог
По три пенса вдобавок за фунт золотистого чая,
По три пенса вдобавок за фунт!»
Дочь ответила: «Матушка, я в соглашеньях тверда
И не в силах, поверь мне, такую принять перемену,
Я готова платить тебе старую честную цену,
Но три пенса вдобавок за фунт — никогда!
Нет, три пенса вдобавок за фунт — никогда!»
В королевских глазах загорелись и злоба и гнев,
И вскричала тут старая леди, от ярости побагровев:
«Ты мне дочь иль не дочь?! Иль забыла о том, отвечай?!
Ты, бесспорно, обязана деньги платить мне за чай,
Матери деньги за чай!»