Основная идея, которую развил Томпсон в упомянутой работе, состоит в том, что духовные ценности были "более важными, чем материальный успех", и именно они позволили цивилизации майя достичь наивысшего уровня, "культурного успеха". Он утверждал также, что закат майя тоже был вызван в значительной мере неблагоприятными духовными причинами.
Когда ему нужно было обобщить свои идеи относительно динамики истории майя, уточнив пружины, которые ее двигали, ему на ум пришло воспоминание об одном крестьянине майя, с которым он поддерживал дружбу долгие годы и чьи качества (серьезность, верность, честность, набожность, дисциплина, законопослушание, трудолюбие, терпение, любовь к порядку, глубокое чувство уравновешенности) представлялись Томпсону "квинтэссенцией той философии, что воодушевляла культуру майя". Этот характер майя под управлением меньшинства, обладавшего большим воображением и мыслительной энергией, произвел блестящую цивилизацию, единственную (может быть, вместе с цивилизацией Ла-Венты, тоже созданной людьми майя), которая достигла полной зрелости во враждебном окружении густых тропических лесов.
В представлении Томпсона, общество майя являло собой однородное единство, где теократия и народ жили счастливо в пределах космического порядка, механизм которого удалось раскрыть жречеству, которое, будучи связующим звеном между богами и людьми, следило за тем, чтобы подобный же порядок царил на земле. Дождь, посевы, плодородие земли, урожай, все существование человека майя зависели от божественных влияний, а эти в свою очередь связывались с ходом светил, последовательностью календарных циклов, течением времени.
Одна из тем, которую наиболее усердно изучал Томпсон, - философия времени. Он полагал, что "ни один другой народ в истории не чувствовал такого интереса к ходу времени... и никакая другая культура не разработала философии относительно такой специальной темы, как эта тема времени". Размышления Томпсона об идеях майя относительно вечности через их календарную систему "Длинного счета" (Подробнее об этом см.: Кнорозов Ю. В. Письменность индейцев майя. М. -Л., 1963, с. 33; Стингл М. Тайны индейских пирамид. М., 1977, с. 237), о концепции, которая гармонировала с другой, циклической концепцией истории, связанной с возвращением хронологических циклов, не являются чистыми домыслами и отражают с достаточной точностью идеи майя о бесконечном времени, в котором человеческие деяния следуют с той же неукоснительной упорядоченностью, как возникновение и исчезновение небесных тел или уход и возвращение времен года и всех периодов их сложного календаря.
Однако это положение о настоящей философии времени у майя Томпсон воздвигал в большой мере на такой посылке, которую глубокие исследования, последовавшие позже публикации его книги, ставят под сомнение, а возможно, и опровергают. Подобно Спиндену и Морли, Томпсон уверял, что стелы и алтари у майя воздвигались для указания хода времени, так как известны более тысячи иероглифических текстов, в которых речь идет исключительно о движении времени, связанном с положением Луны и Венеры, календарным исчислением и божественными и ритуальными аспектами, содержащимися в этих темах. Он подчеркнул, что ни один текст не восхваляет какого-либо правителя или какое-либо завоевание и что их содержание лишь отмечает философские идеи, в которых календарные циклы, вращения светил и божественные влияния составляли совершенный космический порядок.
Недостаток этой блестящей гипотезы коренится в том факте, что 15 лет назад еще верили, что это в действительности было единственным содержанием иероглифических надписей на памятниках майя, по той простой причине, что тогда умели расшифровывать только даты в разных календарных системах (ритуальная, солнечная, лунная, "Длинный счет" и т. д.), а остальное содержание еще не интерпретировалось. Майя была приписана настоящая одержимость течением времени, создание метафизики времени, когда на самом деле, в силу нашего незнания, мы были в состоянии прочесть на этих памятниках лишь то, что относилось к календарю, и не имели никакого представления о текстах, которые сопровождали даты. В настоящее время благодаря усилиям разных исследователей стало очевидным, что майя посвящали свои стелы, резные косяки и алтари не только ходу времени.