У майя издавна обожествлялся маис - основа их питания и, согласно "Пополь-Вух", плоть людей, сотворенных богами. В кодексах ему соответствует бог Е (по П. Шелльхасу), представленный красивым молодым человеком, голова которого заканчивается в виде початка или окружена листьями маиса. Часто он изображен совершающим какую-либо земледельческую работу. Хотя несколько авторов дали божеству маиса имя Юм Кааш (господин леса), Э. Томпсон сомневается в правильности этого имени и утверждает, что, согласно некоторым источникам, бог назывался Ах Мун (маис). В хрониках даются и другие названия этому растению, например Кавиль, что Томпсон интерпретирует как "изобилие еды". Это божество считается покровителем числительного "8". День Кан также связан с этим растением, так как его название обозначает "зрелый маис" и иероглиф этого дня считается его символом (Согласно переводу Ю. В. Кнорозова, это божество носит в кодексах имя Ум-виил (бог изобилия)).
У майя, как и у народов Мексиканского нагорья, обряд человеческого жертвоприношения путем обезглавливания также связан, видимо, с культом маиса. Об этом пишут хронисты. На одной из сцен Дрезденского кодекса изображено, как воздается культ именно голове бога Е; отсеченные головы вместо початков помещены среди листьев маиса на крестообразной фигуре в Паленке, известной как "Лиственный Крест" и находящейся в храме того же названия.
Божества элиты
Другим обожествляемым растением было какао. Как известно, бобы какао использовались в качестве монеты, и, видимо, его выращивание было в какой-то степени монополизировано. Бог какао Эк Чуах изображался расписанным черной краской, с красным ртом и длинным носом, с поклажей на спине и посохом в руке, так как он был богом - покровителем торговли. Культ его почитался, по всей видимости, лишь хозяевами плантаций какао и богатыми торговцами.
В различных упоминаниях, содержащихся в колониальных источниках, подтверждается важность культа бога Ицамны. Он почитался как творец вселенной и мог быть самим Хунаб Ку или, как считают некоторые авторы, его сыном. Для жрецов высокого ранга в течение постклассического периода Хунаб Ку - "единственный бог" - был, видимо, скорее метафизическим понятием, чем конкретным божеством, так как, по сообщениям хронистов, в его честь не возводился ни один храм и ему не воздавали никаких почестей, что было ошибочно истолковано как тенденция к монотеизму. Э. Томпсон полагает даже, что на эту интерпретацию могло оказать свое влияние христианство, начиная с момента конкисты и позднее.
Ицамна был по преимуществу богом неба. Он олицетворял небеса в их безграничности и вечности, небо дневное и ночное. Его имя переводится как "дом игуан" ("ицам" - это игуана). По Э. Томпсону, толкующему расширительно значение слова "игуана", оно обозначает вообще небесных чудовищ и таких пресмыкающихся, как ящерицы и змеи. От Ицамны зависело все, что было связано с небом: солнечный свет, лунные влияния, дождь и как производное всех этих природных сил урожаи.
Как небесный бог и творец, он изображался беззубым старцем, а как божество, дарующее жизнь растительности, - иероглифом в виде листьев, растущих из его лба. В Дрезденском и Мадридском кодексах Ицамна изображен в виде двуглавой змеи, так же как и на монументах Паленке (панель из "Храма Креста", могильная плита в "Храме Надписей"). На классических монументах Копана, Йашчилана и Наранхо встречается геометрическая стилизация этих же двуглавых змей, известная как "ритуальная полоса", по которой отличают важных персон. По мнению Э. Томпсона, изображениями Ицамны являлись также полосы со знаками небесных тел (Солнца, Луны, Венеры и, возможно, других планет), обрамляющие фигуры людей или сцены, вылепленные из штука на нескольких зданиях Паленке. Каждое такое обрамление должно было, во-первых, символизировать идею неразделимости земли и небес, а во-вторых, ограничивать квадратное помещение "дома игуан". Тот же автор рассматривает двуглавого ящера алтаря Копана как натуралистическое изображение Ицамны, считая ящера разновидностью игуаны.
Рисунок на каменной плите из 'Храма Креста' в Паленке с изображением жреца, курящего трубку
Ицамне приписывались многочисленные свойства, поэтому к нему часто обращались по различным поводам - и чтобы предотвратить коллективные бедствия, например засуху, и чтобы испросить хорошего здоровья. В колониальных источниках этот бог называется многими именами, отражающими его универсальные функции.