Тетка Малаша посторонилась и впустила гостей во двор.
- А что, в холмах стряслось что-то?- с беспокойством чуть помедлив, спросила хозяйка дома.
- Нет, мы просто в гости решили заехать. Поклон от родных передать, подарки вон везём.
В доме воеводы было просторно и светло. Вкусно пахло сдобой и яблоками. Большая, беленая известью печь приковала к себе взгляды гостей. На полу цветные дорожки, аж в глазах зарябило. В комнате, в которую пригласила гостей хозяйка, за вышиванием сидели три девицы. Одна возраста Олеха, две другие младше. Девицы с интересом рассматривали вошедших, и больший интерес у них вызвала Ферюзе - больно уж наряд у неё чудной, платье поверх штанов. Рогдай зарумянился - девицы хороши, ну не так как Ферюзе, конечно, но тоже глаз радуют. И все как тетка Малаша - с пышными бедрами, высокой грудью, курносые и русоволосые.
- Так, дядька Лучезар дома?- спросил Олех.
Тетка Малаша развела руками:
- Нет. Он на царской службе, некогда ему на печи сидеть. Подождать придется. Да вы с дороги только, неужто торопитесь? Ярина, собери на стол. Купава, скажи Градко - пусть баню затопит. Далина, приготовь комнаты для гостей!- девицы тут же убежали выполнять поручения матушки.
Олех развернул свертки с подарками, надеясь, что тетке Малаше понравятся и отрез шелка, и нитки с жемчугом, и красивые платки, что купил в Златограде. Знал бы, что у тетки три дочери - больше бы накупил.
- А долго ли на службе дядька пробудет?- спросил Рогдай уже сидя за накрытым столом.
Тетка вздохнула:
- Да кто же то знает. В Карынь он отбыл, неспокойно что-то у соседей наших. Как бы к нам не явились,- тетка горестно вздохнула, вспомнив, как пришлось ей побывать в плену у псов Таргитая, которые хотели продать её каченеям. Ох, и натерпелась она тогда страху, даже говорить от испуга не могла.
Олех и Рогдай переглянулись.
- А ежели неспокойно в округе, что ж у воеводы дом и без воинов остался?
Тетка махнула рукой:
- Да какие воины. Свою дружину Лучезар в Карынь повел. А тех, что остались, царица Грёза забрала - смотр невест в городе, народа тьма.
Глава 13
В царских палатах царили суматоха и смятение. Мамки и няньки бестолково носились по палатам, выискивая себе срочное занятие, лишь бы не попасться на глаза царице Грёзе. А царица, далеко не в лучшем настроении, придиралась ко всем без разбора, почем зря гоняя слуг и чихвостя сенных девок, что попались так не вовремя ей на глаза.
Царь Есислав при первых признаках плохого настроения царицы тут же скрылся в сторону конюшен, где расторопные слуги уже седлали любимого коня царя. С лучшими дружинниками Есислав собрался проехать по Княжеску, посмотреть много ли девок прибыло на смотрины, ну и переждать гнев царицы. Царь уже устроился в седле, когда на конюшню прибежал запыхавшийся царевич Верослав. Увидев отца в седле, Верослав обиженно фыркнул:
- А меня, батюшка, с собой не берёте, значит? На растерзание матушке оставляете?- Верослав откинул со лба прядь волос цвета спелой пшеницы и хмуро посмотрел на отца. Есислав растерялся немного, но вида не подал:
- Что ты такое говоришь, Верослав! "На растерзание матушке" - это же надо такое выдумать! Я еду по важным государевым делам, а ты здесь оставайся, да пригляди за царицей. Она вся в заботах и делах, от того и не в духе, что помощник ей толковый нужен. Вот и помоги, ведь тебе невесту выбирать будут!- Есислав приосанился, принимая вид заботливого отца и государя.
- Да на кой мне эта невеста? Я царице не раз говорил, что не хочу жениться. Тем более на той, которую царица выберет!
Есислав покачал головой:
- Верослав, царица лучше знает, что тебе нужно. Ты ей не перечь, она о твоем благе заботится. Ей виднее.
- Батюшка, вот если вы не встанете на мою сторону и не отговорите матушку, то я не знаю, что сделаю! Но всем худо будет!- Верослав со злостью сжал кулаки. Царь беспомощно вздохнул: уговорить царицу Грёзу переменить свое мнение? Да легче змею трехглавому вызов кинуть и победить, чем царицу переупрямить. Есислав с надеждой повернулся к своим дружинникам, словно прося их совета. Но бравые воины или отводили взгляд, пряча в усах улыбку, либо виновато пожимали плечами: мол, государевы заботы не нашего ума дело.
Есислав спешился и подошёл к сыну. Хотелось как и прежде, когда был царевич еще мальчишкой, заговорить его сказками и увлечь игрой, лишь бы не перечил Верослав матушке и не вызывал её гнев. Но сын вырос, вровень с отцом, а вот нрав-то от царицы ему достался. Чуть что не по нему - тут же в крик. А он, Есислав, мечется промеж двух огней!
Синие глаза царевича смотрели решительно, челюсти сжаты, такого не заговоришь сказками. И Есислав махнул рукой, будь что будет: