Промышленное капиталистическое производство из своих потребностей расширения видов рыночных товаров и повышения их потребительских свойств подталкивало развитие естественнонаучных познаний, которые расшатывали основания христианского вероучения с его идеей христианского народа, подрывали идеологические обоснования сохранения традиций феодальных государственных отношений. Преобразуемое воздействием промышленного производства народное общество приобретало такие неизвестные в прежней мировой истории цивилизаций существенные особенности, что понадобилось ввести новое понятие для имеющего эти особенности общественного бытия. И таким понятием позднее стало понятие нация.
Однако, как показала история Нового времени, народно-буржуазные общества Голландии и Англии, подготовив появление промышленной цивилизации и национальных обществ, сами так и не смогли вырваться из состояния господства народного феодального умозрения, не смогли существовать без народно-феодального устройства государственной власти. И до сих пор они остаются промежуточными, народно-национальными обществами идеалистического строя.
Народно-буржуазные революции в Нидерландах и в Англии условно разбили эру идеалистического строя на два самостоятельных исторических периода. До этих революций в христианском мире безраздельно господствовал удельно-землевладельческий и крепостнический, феодальный подстрой идеалистического строя. А после указанных революций началось становление уже буржуазно-капиталистического подстроя того же, идеалистического строя.
5. Отношения русского народа с западноевропейскими народами
В начале 17-го века, после Великой Смуты и великорусской Народной революции, в Московском государстве началось становление великорусского народного самосознания, как самосознания идеалистического, то есть такого, в котором мировоззренческий идеал общественного устройства стал определять общественное бытиё, само общественное устройство. В этом коренном изменении характера диалектического взаимодействия общественного сознания и бытия проявилось сущностное отличие народного общества от народнического общества, в котором природное бытиё определяло представления государственной власти о наиболее целесообразном устройстве народнических общественных отношений. Чтобы осознать всю глубину значения этого переворота в истории общественного развития человечества вообще и русского этноса в частности, надо вернуться к истокам философского мировоззренческого идеализма.
В цивилизациях Древнего Египта, Древней Греции и Древней Индии на высшей ступени развития языческих народнических отношений зародилось отвлечённое философское познание, которое поставило вопрос о тождестве мышления и бытия. Но только Сократ в Афинах впервые сделал ясные выводы о том, что определённым образом упорядоченное разумом мышление о наиболее целесообразном человеческом поведении изменяет проникающегося таким мышлением человека, начинает определять связанное с ним бытиё, в том числе и в государственных отношениях. А ученик Сократа философ Платон распространил данные выводы на общественные отношения. Платон разработал учение о том, что идеальный миропорядок, каким его может представить и выстроить философское мышление, способен и должен определять порядок общественных отношений и устройство общественных связей и обязанностей членов общества. Если до Сократа в философии господствовали течения, в которых бытиё определяло сознание, то после него стали набирать влияние философы, которые искали способы выводить страны и общества языческого строя из состояния духовного, религиозного кризиса на основе представлений, что сознание определяет бытиё.
В действительности положения “сознание определяет бытиё” и “бытиё определяет сознание” имеют смысл лишь тогда, когда подразумевается диалектическое противоборство определяющего и определяемого, при котором определяющее задаёт направление развития от простого к сложному. Что следует понимать под положением “сознание определяет бытиё”? То, что изменяемое сознанием бытиё в свою очередь само воздействует на сознание, подправляя его в сторону усложнения, но это воздействие бытия на сознание оказывается вторичным, производным от самого сознания. Усложнённое же сознание усложняет и бытиё, которое обратной связью опять воздействует на сознание, переводя его на следующий уровень усложнения. И так далее. При этом сознание всё время остаётся центром управления бытиём. А в исторические эпохи зарождения государств и народностей, когда “бытиё определяло сознание”, определяемое бытиём сознание воздействовало и на само бытиё, однако это воздействие являлось вторичным, производным от бытия, обусловленным развивающейся обратной связью, необходимой для развития социальных народнических государственных и общественных отношений.