Подобно тому, как это было позже в самодержавной Российской империи, французский абсолютизм, с одной стороны, был вынужден совершенствоваться под воздействием протестантизма, использовать его для развития городских производств. А с другой стороны, он позволял собирать все доходы большой западноевропейской страны в столице, создавать в ней условия не только для удовлетворения всевозможных запросов королевского двора и знати, но и для развития передовых средств усиления власти. Государственное чиновничество превращалось в главного заказчика изделий военно-промышленного производства и связанных с обслуживанием производства научных знаний, поощряло и регламентировало их развитие. От него же зависели торговля и колониальная политика на других континентах, оно посылало корабли для участия в географических открытиях. Широкие познания становились условием успешной карьеры на государственной службе. Поэтому светская образованность волей или неволей распространялась в среде столичного чиновничества, а дворянская демократия на основаниях этой образованности создавала сословное мнение и культурные запросы дворянской среды, способствуя раскрепощению в ней светского творчества, которое развивалось, как в столице, так и в других городах страны. Выдающиеся успехи были достигнуты не только в художественном творчестве Франции этого времени. Именно в абсолютистской Франции получила значительное развитие наука, появилась научная Академия, и стать членом Академии означало добиться почёта и уважения в светских кругах главных городов страны. Французская дворянская культура в течение короткого исторического времени пережила такой расцвет, что ей стала подражать знать во всех европейских государствах, а французский дворянский язык превратился в разговорный язык дипломатов и знати всей Европы. И не случайно, особое влияние всё французское имело в столь схожей с Францией Российской империи, главной державы Восточной Европы.
В 17 веке дворянское светское образование стало проникать в различные податные слои французских горожан. Среда городских разночинцев, устойчиво возрастая в численности, приобретая всё большее значение для развития экономики и для устойчивости государственной власти, и породила эпоху французского Просвещения. Главной особенностью этой эпохи, которая сделала её всемирно историческим явлением, было стремление французских образованных горожан осмыслить устройство мира, человеческую историю и государственные отношения без опоры на народное христианское мировоззрение. Приблизительно со второй трети 18 века в философских трудах знаменитых просветителей и энциклопедистов из разночинских кругов и стали складываться представления о нации, как о новом идеале общественного бытия, который не нуждался в христианском вероучении, в библейском идеале народного монархического государства. Просветители и энциклопедисты Франции находились под воздействием сохраняющих в городах значительное влияние гугенотов, а через них древнегреческого полисного рационализма. Просветители и энциклопедисты осмысливали опыт становления политически независимых городов-государств с капиталистическими интересами в Италии в эпоху Возрождения и народно-буржуазных обществ в Нидерландах и в Англии и прочувствовали приближение совершенно нового исторического времени в развитии французского общества. В передовых идеях по переустройству общественных отношений они отразили и выразили коренные материальные и социальные интересы и политические цели главных движущих сил этого нового времени. Они отметили, что в третьем буржуазно-городском сословии Франции, которое усиливало своё экономическое влияние, но не имело никаких политических прав, зарождались светские представления об окружающем мире, и представления эти отрывались от монотеистического мировоззрения народно-феодального земледельческого общества.