Плантаторский Юг господство либерализма и коммерческого капитализма не только устраивало, оно прямо отвечало его интересам. Ни один президент из южан, которые десятилетиями почти без перерыва руководили страной и продвигали своих политических единомышленников на ключевые должности в исполнительной власти, не высказался против либерализма; все эти президенты являлись масонами, выдвиженцами только масонских лож. Либеральная исполнительная власть полвека всё делала для расширения плантаторского землепользования, не покушаясь на рабовладение. Так складывался политический “симбиоз” коммерческого капитализма и плантаторского рабовладения. Захваты огромных территорий индейцев, на которых возникали новые штаты, осуществлялись плантаторами ради увеличения выращивания хлопка, а дающие плантаторам кредиты крупные банки и коммерческие компании, торгуя самым дорогим сырьём того времени, хлопком, как с северными штатами, так и, в основном, с Европой, получали сверхприбыли при минимальных издержках и рисках.
В отличие от рабовладельцев-южан участникам промышленного производства на северо-востоке потребовался чуждый либерализму идеал социального национального общества и национального государства и соответствующая такому идеалу организация государственной власти, замена конфедеративных отношений отношениями национальной республики. Поиск противоположного либеральному идеала политических отношений в стране шёл под давлением событий Гражданской войны. Идея создания единой американской нации постепенно воодушевляла северян, политически организовывала их, вовлекала в армию и бросала в сражения. Она же вытесняла идеологию либерализма из учреждений создаваемой национально-общественной государственной власти и из принципов внутренней и внешней политики республиканского правительства. Именно объективная неизбежность происходящей в это время американской Национальной революции победила рабовладельческий Юг. Ибо либерализм был выгоден только тем, кто осуществлял капиталистическую эксплуатацию страны на основе торговли добываемым сырьём и продуктами его первичной переработки, а такая эксплуатация обогащала немногих. О положении дел при идеологическом господстве либерализма можно было судить по тому, что в экономике всем заправляли олигархи, занимающиеся организацией посреднических финансовых и торговых спекуляций сырьём Соединённых Штатов в Европе и европейскими готовыми товарами в США. Национальная же революция в американском проявлении создала предпосылки для такого роста производительности общественного труда за счёт быстрого развития индустриального капитализма, который позволял поднимать уровень жизни всем, кто становился членом национального общества, участником национального общественного производства.
В США никогда не было феодализма, а то феодальное умозрение, которое привносилось в страну европейскими иммигрантами из феодальных стран, не оказывало определяющего воздействия на духовные и политические цели американцев, не находило почву для укоренения. Поэтому порождённые борьбой с феодальным монотеистическим абсолютизмом европейские идеалы атеистического общества, социализма, социалистической социальной справедливости слабо отразились на американской Национальной революции, на идеале американского национального общества. Идеал американского общества стал приобретать самобытные черты по мере того, как происходило интеллектуальное переосмысление протестантского кальвинизма англосаксонского, пуританского толка, углублялась его рационализация, которую подстегнула и сделала жизненно необходимой Гражданская война и Национальная революция. Идеал этот обозначился в конце 70-х годов девятнадцатого века, а именно тогда, когда Национальная революция завершилась и началась эпоха американской Национальной Реформации, эпоха смены старых поколений англосаксов новыми, уже с национальным общественным самосознанием. Суть его была наилучшим образом выражена в концепции прагматизма Ч. Пирса, которую тот развил в социологическую философию с особым видением идеального американского общества. Прагматизм Пирса и его последователей, по существу, совершенствовал англосаксонский кальвинистский пуританизм и не имел целью вытеснить его из американского мировосприятия полностью. Поэтому американский идеал национального общества не изжил христианский народный идеал, не преодолел протестантского метафизического воззрения на мир, оставаясь, если придерживаться теории Сен-Симона о периодизации мировой истории, на уровне соответствия метафизическому периоду развития человечества.