Царская государственная власть показывала неспособность справиться с отрицательными последствиями либеральных реформ для производителей, и это явилось причиной раздражения и недовольства большинства великорусского народа, направляло против этой власти растущее возбуждение в его среде бессознательных традиций родоплеменных общественных отношений. Русское народное умозрение, православно-земледельческое и общинное в своей сути, не могло приспособиться к либеральным рыночным свободам, эксплуатировалось аморальными, чуждыми производственной этике спекулянтами, среди которых было множество инородцев, в основном евреев. Самыми многочисленными выразителями настроений раздражения и недовольства были общинные крестьяне и промышленный пролетариат. Они воспринимали и готовы были поддержать те политические лозунги горожан, которые выражали требования изменения существа государственной власти за счёт восстановления народно-представительного законодательного собрания в духе идеала народного государства, – то есть собрания, долженствующего вместе с царём осуществлять надзор за деятельностью правительства и чиновников как представительная власть русского народа.
Русско-японская война 1904-1905 года, в которой русское самодержавие на Дальнем Востоке отстаивало крупные коммерческие интересы столичных олигархов, бюрократов и аристократов, стала для империи фатальной. Либеральные воззрения разлагали принципы долга и чести, идеалы служения империи, на которых выстраивалось сословное управление страной со стороны дворянства, и в наибольшей мере это разложение морали проявлялось наверху власти, в среде столичной аристократии. Задачи подготовки и ведения тяжёлой войны требовали мобилизации управления именно сверху, а на это царское самодержавие оказалось неспособным. На поставках для армии вооружения, обмундирования и продовольствия открыто наживались всевозможные спекулянты посредники, а воровство командиров дополняло мрачную картину царящих нравов. Призванные в армию русские крестьяне и разночинцы-офицеры не понимали, за что они воюют, а после обусловленных слабостью руководства поражений на полях кровопролитных сражений солдаты перестали подчиняться офицерам и взбунтовались. Унизительное поражение Российской империи, большие потери в живой силе подтверждали слабость государственной власти, которая обслуживала главным образом спекулятивно-коммерческие интересы. Бессознательное возбуждение традиций родоплеменных общественных отношений, направленное против несправедливых государственных отношений, постепенно переросло в смуту и в первую в 20 веке русскую буржуазную революцию в столицах империи и ответную народно-патриотическую контрреволюцию в остальной стране.
Повсеместный рост неустойчивости государственных отношений со всей остротой поставил вопрос о полярных противоречиях в умозрении и укладе жизни, как разных слоёв русского населения, так и разных этносов империи. С одной стороны, под влиянием неуклонного расширения торгово-экономических связей с Западной Европой шло становление средних имущественных и образованных слоёв горожан в ряде крупных городов европейской части страны, в первую очередь в двух русских столицах, где жадно впитывалась и усваивалась западноевропейская буржуазно-капиталистическая культура. С другой стороны, огромные регионы крестьянской России были чудовищно отсталыми, погруженными в средневековое православное мировосприятие, общинные крестьяне этих регионов не понимали городского рационализма и испытывали к нему недоверие и неприязнь. В большинстве же инородческих окраин вообще господствовало дофеодальное варварство, там только намечались ростки перехода родоплеменных отношений в этно-народнические отношения, и иррациональный средневековый монотеизм был для них исторически прогрессивен. Поэтому только в нескольких крупных городах появились политические организации, которые ставили цели осуществления буржуазно-демократической революции, тогда как в огромных регионах нарастали настроения народно-крестьянского контрреволюционного монархизма и этнического сепаратизма.