Коренные политические изменения после прихода к власти в России партии выразителей нового большевистского мировоззрения совершались не только в Италии и в Германии, в других европейских державах и странах. Завершение национального общественного развития в США тоже происходило под воздействием русской коммунистической Реформации. Это воздействие было слабым до Великой Депрессии. Но Великая Депрессия в корне изменила положение дел. Сама Великая Депрессия была проявлением сильнейшего кризиса мирового капиталистического перепроизводства промышленных товаров и в первую очередь именно в США. Соединённые Штаты быстро наращивали индустриальное производство с начала Первой мировой войны, когда благодаря своему географическому положению обогащалась на поставках военной продукции всем воюющим державам, своим главным конкурентам на мировых рынках. А буржуазно-демократическая революция в Германии выбила из числа соперников недавно вторую индустриальную державу планеты, и США превратились в бесспорно самое мощное промышленное государство, которое по промышленному производству в разы превзошло любое другое индустриальное государство мира. Промышленные товары США хлынули в послевоенную Европу, в европейские колонии на всех континентах, что вызвало бум американского промышленного и общеэкономического рыночного развития в 20-е годы, сделало эту страну процветающей относительно других стран. Быстрый рост доходов занятых на производстве наёмных рабочих и служащих способствовал непрерывному разнообразию внутреннего потребления, что в свою очередь поощряло расширение производства самых разных потребительских товаров. На американском индустриальном производстве, насыщенном передовой техникой, в основном были заняты квалифицированные работники, которые тянулись к городскому буржуазному образу жизни; их больше не привлекал идеал социалистического общества. А поскольку подъём товарного производства зависел от возрастания значения крупной оптовой торговли, от непрерывного увеличения ссудных банковских капиталов. Постольку вместе с ростом производства быстро создавались крупные и очень крупные коммерческие торговые и ростовщические капиталы, владельцы которых всячески поощряли потребительские и либеральные настроения, а через двухпартийную политическую систему получали возможность усиливать своё влияние на государственную власть с целью, как ослабления её общественного характера, так и уменьшения вмешательства в экономику.
Промышленное производство в США традиционно держалось на англосаксах, на их национальном общественном сознании, и республиканская партия была их партией. Коммерческий интерес отстаивался демократической партией. Демократическая партия поддерживалась и финансировалась коммерческими банками и крупными торговыми компаниями, а борьбой за либеральные права человека привлекала к себе и занятых на малоквалифицированном производстве иммигрантов, этнических, расовых инородцев, деклассированных люмпенов. В противоборстве двух данных партий, одна из которых выражала интересы промышленного капитализма, а другая – коммерческие интересы, и проявлялось отличие американской политической системы от европейских. В Европе между выражающими производственные интересы и коммерческие интересы идеологиями и политическими движениями непрерывная борьба велась больше двух тысячелетий, и с эпохи средневекового церковного христианства она стала тотальной. Укрепление феодальной государственной власти всегда происходило одновременно с полным подавлением политической самостоятельности выразителей коммерческого интереса. По мере упадка христианского мировоззрения и феодальной государственной власти коммерческий интерес получил возможность оказывать существенное воздействие на экономику и политику. Однако с индустриализацией, которая сопровождалась ростом влияния социалистических, социал-демократических и коммунистических партий, а так же нарождающегося христианско-демократического движения, уже эти партии и движения приняли эстафету у церкви. Как и церковь, они боролись за полное вытеснение выражающих коммерческие интересы либеральных партий из открытой политики и на обочину государственных отношений. Поэтому в Европе либерализм и коммерческие интересы защищались главным образом тайными политическими силами, всевозможным масонством и связанными с коммерческими и банковскими олигархами-воротилами правительственными бюрократами.