После смещения Хрущёва опыты по политической демократизации и экономической либерализации прекратились. В стране восстанавливалось жёстко централизованное политическое и экономическое планирование, разрастались учреждения номенклатурного чиновничьего управления. Одним из следствий было углубление проблем с перепроизводством непрерывно расширяющегося списка индустриальных изделий на поточных индустриальных производствах, особенно в военно-промышленном комплексе. Чтобы ослабить нарастающий кризис государственного индустриального перепроизводства, партийное руководство Советской России втягивалось в политику военно-стратегической экспансии ради расширения сферы своего номенклатурного имперского военно-бюрократического влияния. К такому способу разрешения внутренних проблем его подталкивали и благоприятные внешние обстоятельства. Поражение США во вьетнамской войне, политическое поражение англосаксов внутри Соединённых Штатов после расового восстания негров в конце 60-х годов, глубокий кризис мирового рыночного перепроизводства и неустойчивость мировых финансов, появление ОПЕК и быстрый рост цен на нефть, отсутствие идеологии дальнейшего совершенствования национального общества надорвали американскую нацию. Таким образом, Советская Россия выиграла «холодную войну», объявленную ей устами Черчилля англосаксонским миром. Ибо она ускорила приближение идеологического кризиса американского национального общественного развития, которое происходило на основе англосаксонского ядра, как государствообразующего этноса США. США больше не могли развиваться на основаниях развития англосаксонских общественных отношений, англосаксонской общественной власти. Но они ещё могли развиваться политически, вырождаясь в чиновно-полицейскую, военно-бюрократическую полиэтническую и полирасовую империю на основе замены протестантского национального мировосприятия либеральным мировоззрением и превращаясь в мировой центр либерализма и коммерческого космополитизма, центр мировых олигархических интересов и обслуживания мирового правительства.
Победа в «холодной войне» создала благоприятные условия для наращивания военно-стратегической экспансии советской номенклатурно-коммунистической империи, которая с позиции коммунистической идеологии всё ещё продолжала отстаивать именно глобальные производственные интересы. Однако эта экспансия, расширяя сбыт советских индустриальных изделий в сферах имперского влияния, ничего не давала для наращивания капиталовложений в совершенствование внутреннего индустриального производства и для повышения уровня жизни занятых на индустриальном производстве русских горожан. Большинству стран, в которых укреплялось положение советского номенклатурного режима, нечем было расплачиваться за предоставляемые им индустриальные и иные товары, эти товары выдавались под долгосрочные льготные кредиты, полный возврат которых был заведомо неосуществим. К тому же и в самом Советском Союзе большинство союзных республик были дотационными, жили за счёт эксплуатации труда русского населения, занятого в промышленном и сельскохозяйственном производстве. Вследствие такой политики заработная плата в Советской России теряла связь с товарооборотом, и рубль перестал выполнять функцию универсального товара. Правительство удерживало уровень цен указующим планированием, и в стране накапливалась ничем не обеспеченная денежная масса. Деньги всё меньше зависели от качества и количества труда. Они перестали стимулировать труд, его производительность, из-за чего вызревал кризис производственных отношений, обуславливающий финансовый и экономический кризис. Иначе говоря, отрицающая рыночный капитализм Советская Россия в 70-е годы оказалась в том же положении, в котором очутилась кайзеровская Германия в начале 20 века.