Исполнительная власть нынешней России создаётся и укрепляется для обслуживания наиболее богатых и влиятельных кланов владельцев спекулятивно-коммерческого капитала. Подобно хватающемуся за соломинку утопающему, она вынуждается текущими предметными обстоятельствами ради удержания политической устойчивости в стране налаживать традиционное имперское чиновно-полицейское управление, для чего сначала предпринимает попытки возрождать предшествующую ленинской коммунистической орденской идее более простую орденскую идею православного субконтинентального пространства Византийской империи, но уже подчинённого глобальному целеполаганию идеологического либерализма. Для возрождения представлений о субконтинентальном имперском пространстве ей приходится опираться на православное религиозное мировоззрение, средневековое и земледельческое в своей сути, пытаться возродить русское народное общество.
Однако народное общественное сознание немыслимо без земледельческого народного общинного бытия, немыслимо без разрушения промышленных производственных отношений и индустриального могущества страны, без выталкивания бедностью и нуждой наибольшей части русских горожан к земледельческому образу существования с крайне низкой культурой труда. В современном мире подобный пример не может увлечь другие народы с православной духовной традицией, и не только не приведёт к их объединению вокруг России в имперском пространстве, но и вызовет раскол среди собственно русского населения на непримиримых сторонников и противников такой политики. Поэтому такая политика ныне действующей исполнительной власти есть политика самообмана, она неизбежно готовит опасные социально-политические потрясения, которые уничтожат способность центральной власти к имперскому чиновно-полицейскому управлению, приведут к очередному возбуждению этнического бессознательного по всей России, к новой волне борьбы этнических меньшинств за образование собственных этнических государств. Что, собственно, и доказывалось все девяностые годы, когда другие европейские страны с православной духовной традицией отдалялись от России к западноевропейскому союзу, не желали признавать её имперской роли, а внутри страны православная имперская идея оказывалась чуждой тому инородному населению, среди которого набирал влияние ислам.
Волей или неволей надежду ослабить угрозы неуправляемого развития событий исполнительная власть режима диктатуры владельцев крупного коммерческого капитала видит в постепенных уступках исламскому влиянию, в вовлечении России в обслуживание исламского имперского пространства на правах его окраины. Иначе говоря, Россия возвращается к состоянию, которое было у Московского княжества в татаро-монгольской империи. При необратимом развитии событий по текущему направлению Россию ждёт одичание, неискоренимая отсталость в промышленном развитии и от Запада и от Китая, а затем неизбежное военное поражение с разделом страны на иностранные сферы влияния. Причём наиболее образованная и квалифицированная прослойка русских горожан единственную альтернативу исламскому и китайскому игу будет видеть в присоединении большей части страны к Западу на правах одного из периферийных субъектов западноевропейских союзов. Иначе говоря, на пути отсутствия новой великой орденской идеи общественно-государственной власти Россию не удастся сохранить даже в том виде, который она имеет сейчас, после распада Советского Союза.
Пока не появится новая, четвёртая русская орденская идея, идея движения к долгосрочной исторической цели, преодолеть кризис русской государственной власти не удастся. Новая же орденская идея России не может появиться, как некая умозрительная выдумка представителей господствующего режима диктатуры коммерческого интереса и для примирения с ним. Она должна предметно отражать существующие самые передовые, а потому самые долгосрочные настроения и интересы в среде государствообразующего этноса и революционно преодолевать распад русских народных общественных отношений целеполаганием выстраивать новые, уже городские русские общественные отношения, отвергающие, как препятствующий их возникновению либерализм, так и политическую власть выразителей коммерческого интереса. Поскольку самые передовые настроения и интересы в среде русских горожан связаны с зарождающимися постиндустриальными производственными отношениями, постольку орденская идея станет таковой тогда, когда будет указывать на цель выстраивать новые общественные отношения, как соответствующие постиндустриальной, научно-технологической эпохе развития промышленной цивилизации.