Монотеистическое мировоззрение прямо отвечало интересам имперской государственной власти. Как только правящие классы субконтинентальных империй Евразии ощущали подступающий общегосударственный кризис, гибельный для них, то есть никак непреодолимый усовершенствованием языческого строя, в их среде, так или иначе, рано или поздно, появлялись деятельные круги, которые решительно вводили монотеизм в качестве единственной государственной религии. Но тем самым они революционно изменяли всю систему общественных, производственных и политических отношений, которые вели к замене самого правящего класса новым, соответствующим монотеистическому мировосприятию. Затем шаг за шагом происходило преобразование языческих государственных отношений в отношения удельно-крепостнические, феодальные, превращение их из общественно-производственных отношений в системе общественно-государственной власти в производственные отношения в системе государственной власти. А в качестве компенсации провозглашались известная индивидуальная духовная свобода выбора, духовное равенство всех перед Абсолютным Авторитетом, Богом, проистекающие из новой духовной культуры, из нового монотеистического мировоззрения.
Идеал равенства всех перед единым Богом и имперского единения народов отрицал рабовладение, наносил удар по традиционному языческому рабовладению, на основаниях которого развивалось интенсивное производство в Древней Греции и в эллинистическом мире. Этот идеал разрушал основы интенсивного производства, которое вместе с огромными достижениями в материальном производстве привело к распаду в греческих полисах общественных связей и отношений, к ублюдизации греков, что загоняло их в эволюционный тупик, губило, как этнос, неумолимо влекло к краху эллинистический мир. Не случайно, что этот идеал наиболее основательно был разработан именно в греческой философии, в первую очередь стоиками, которые отрицали спекулятивно-коммерческую погоню за деньгами, как непременную составляющую полисной экономики, и оказали огромное влияние на содержание христианского мировоззрения. Осуществление этого идеала в жизни означало для эллинистической Греции, что она отказывается от своего уникального цивилизационного пути развития, соглашается на упадок производства, главным образом городского ремесленного производства, готова искать пути сближения традиций семейного хозяйствования со свойственным восточным цивилизациям общинным земледелием. На этом пути городские ремесленники с их семейным правом собственности, теряя связь с земледельческими родоплеменными отношениями, обрекались на эволюционное вымирание. А поскольку именно на них, на интересах семейной собственности средних имущественных слоёв горожан держались демократия и политическое самоуправление, постольку эпоха полисной демократии и политики завершалась, становилась достоянием истории.
Разработка эллинистического монотеизма шла в направлении развития платонизма, тех идей Платона, которые обосновывали необходимость замены демократии сословно-корпоративными государственными отношениями. В свою очередь эти идеи отталкивались от учения Сократа о причинах отсутствия у полисной демократии исторической перспективы. Кризис полисной демократии Сократ объяснял тем, что граждане в отношении политической жизни полиса делятся на три части. Первая состоит их тех, кто имеют мнение на текущие события и живут текущими событиями, ситуационно меняя мнение с изменением обстоятельств. Вторую составляют не имеющие никакого мнения. Представителями третьей части являются философы, которые ищут понимания сути вещей. Философы немногочисленны, однако только они способны на многовековое стратегическое мышление, понимание сущности мироздания и предвидение того, что угрожает государству и обществу. Но в условиях демократии они не могут оказывать какого-либо существенного влияния на государственную политику. При демократии господствуют политики, которые отражают настроения подавляющего большинства граждан, а именно имеющих то или иное мнение и не имеющих никакого мнения. Пока на граждан оказывали огромное воздействие традиции языческого религиозного мировосприятия, религиозная общественная этика, мораль и нравственность, эти традиции обеспечивали демократическим государственным отношениям устойчивость и задавали направление развития. С вытеснением языческого религиозного сознания рациональным сознанием средних имущественных слоёв горожан этнократическая общественные этика, мораль и нравственность стали разлагаться, и политику в демократических полисах начали определять текущие страсти и пороки граждан, их стремления ко всё большему потребительскому паразитизму и индивидуализму. Поэтому демократия пришла к состоянию упадка. Вывести полисы из состояния упадка способны лишь философы посредством долгосрочной политики, подчинения текущей политики долгосрочному стратегическому целеполаганию. Но в условиях демократии они не могут прийти к государственной власти, а если бы и очутились у рычагов власти, были бы не в состоянии проводить долгосрочную политику из-за постоянно меняющихся настроений сограждан. Из этого Сократ сделал вывод, что для спасения полисов необходимо заменить демократию такими государственными отношениями, которые обеспечат политическое господство школам философов и их учеников, безусловное подчинение всех остальных граждан политике, разрабатываемой в философских школах.