Ц ы г а н. Мой запрос не лезет к тебе в нос! Говори по душе: сколько даешь?
П е т р у ш к а. Рубль с четвертью.
Ц ы г а н. Экий ты какой, с тобой хоть волком вой! Прибавляй ребятишкам на молочишко.
П е т р у ш к а. Ну, вот тебе — сто рублей.
Ц ы г а н. Мало, барин хороший! Прибавь еще.
П е т р у ш к а. Хочешь, полтораста с двумя копейками?
Ц ы г а н. Делать нечего, для милого дружка и сережка из ушка! Давай деньги.
П е т р у ш к а. Погоди, сейчас за кошельком схожу. (Уходит и быстро возвращается с дубиной-трещоткой, начинает бить Цыгана по голове.) Вот тебе сто, вот тебе полтораста! (Цыган убегает.) Эй, эй! Чумазый! Подожди — еще две копейки осталось! (Хохочет и обращается к Музыканту.) Музыкант, дешево я лошадь купил?
М у з ы к а н т. На что лучше! Только бесчестно поступил — двух копеек недодал!
П е т р у ш к а (хохочет). А лошадь-то хороша — совсем молодая! Ни одного зуба уж во рту нет! (Садится верхом на лошадь.) Прощай, Музыкант, до свидания, господа, ребята!
М у з ы к а н т. Куда ты, Петр Иванович, едешь?
П е т р у ш к а. Отсюда через Вологду и Архангельск, махну прямо на Кавказ — пить кахетинский квас. (Лошадь брыкается.) Тпру! Тпру! Сивка-бурка! Тише, окаянная! А то я упаду и горбатым на целый век сделаюсь! (Лошадь сбрасывает Петрушку за ширму.) Ой, батюшки! Пропала моя головушка удалая! Смерть моя идет!..
М у з ы к а н т. А где твоя смерть-то, Петра Иваныч?
П е т р у ш к а. Ой-ой-ой! За земской заставой, на огороде картошку копает!
М у з ы к а н т. Не горюй: еще не скоро придет.
П е т р у ш к а. Да, лет через двадцать, к Покрову, наверное, умру... Зови скорей доктора!
М у з ы к а н т. В один момент приведу.
ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ
Петрушка, Музыкант и Д о к т о р.
П е т р у ш к а (лежит и стонет).
Пускай могила меня накажет, Своей я смерти не страшусь!
Входит Д о к т о р.
Д о к т о р. Кто здесь больной? Что за шум такой? Не стонать, не кричать, а смирно до самой смерти лежать! Я знаменитый доктор-лекарь, из-под Каменного моста аптекарь. Акушер и коновал, знает меня весь Зацепский вал! Произошел все науки в Италии и много далее; производил операции в Париже и сюда к нам поближе! Талантом владею, лечить умею: кто ко мне придет на ногах, тот от меня пойдет на костылях или повезут на дровнях. Где больной?
П е т р у ш к а. Батюшка коновал-лекарь, из-под моста аптекарь! Пожалей ты меня, сиротинушку, не губи: на дровнях-то не вези, а уж лучше в колясочке.
Д о к т о р. Ну, рассказывай весть про свою болесть: внутри или снаружи? Тут или здесь? (Ощупывает Петрушку.)
П е т р у ш к а. Вот, между лопатками, около подложечки, да правая мостолыжка ноет.
Д о к т о р. Здесь?
П е т р у ш к а. Пониже да полевее!
Д о к т о р. Тут?
П е т р у ш к а. Повыше до поправее!
Д о к т о р. Экий ты болван какой! С тобою потеряешь всякий покой! То пониже, то повыше! Встань да укажи!
П е т р у ш к а. Батюшка-доктор, встать-то мне силы нет! Видно, затянулась моя болесть на сорок лет. Ой-ой! Сейчас встану да покажу. (С трудом поднимается, уходит и возвращается с палкой, которой бьет Доктора по голове, по шее и спине.) Вот тут ломит! Вот здесь стонет! В этом месте болит, а тут мозжит!
Доктор убегает.
ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ
Петрушка, Музыкант и Н е м е ц.
Н е м е ц (поет и танцует). Тра-ля-ля! Тра-ля-ля!
Появляется П е т р у ш к а.
П е т р у ш к а. Музыкант, что это за чучело?
М у з ы к а н т. А это заграничный человек, не говорит по-русски, спроси его по-французски.
П е т р у ш к а. Это как же по-французски?
М у з ы к а н т. Парлэ-ву-франсе, Альфонс Ралле.
П е т р у ш к а. Эй, господин-мусью! Парлэ-ву-франсе? (Немец молча раскланивается.) Кой черт! Да он по-французски ни шиша не знает! Должно быть, это немец с зеленых островов. Спрошу-ка я его по-немецки... Шпрехен-зи-дейч, Иван Андреич?
Н е м е ц. О, я! Их шпрехе гут.
П е т р у ш к а. Кого тут жгут? Говори по-московски.
Н е м е ц. Мейн либер гер, вас?
П е т р у ш к а. Какой ты тут нашел квас? Вот лучше я тебе стаканчик поднесу! (Колотит Немца палкой, тот убегает.) Музыкант, куда Немец пропал? Должно быть, побежал квас пить... Пойду-ка и я стаканчик хватить!
М у з ы к а н т. Погоди, он сейчас вернется, это он, наверное, тебя угостить хочет.
П е т р у ш к а. Вот это хорошо! А я пока песенку спою. (Поет, грустно раскачивая головой.) «Под вечер осенью ненастной...» (Появляется Немец, ударяет Петрушку палкой по голове и быстро скрывается.) Что это за диковинка, братец Музыкант: будто комар летел и меня по затылку крылом задел! (Немец опять появляется и раскланивается.) Ага! Вот и Шпрехен-зи-дейч вернулся! Музыкант, что же у него бутылки не видно, а какая-то палка?