Нарты. Адыгский эпос

И тогда воскликнул Батараз бесстрашный:
"Наш огонь-отраду я добуду вновь.
Я даю вам слово: будет с нами снова
Мудрый наш тхамада, я его спасу".
Оседлав Карапцу, в воинской одежде,
Как бывало прежде, едет Батараз.
Вот и Ошхомахо. Встал он у подножья:
"Эй ты, званье божье осрамивший, бог!
Что ты там в ущелье прячешься трусливо?
Спрятаться не диво, — выходи на бой!
Отнял ты у нартов их огонь-отраду,
Нартского тхамаду в цепи заковал;
Я посланец нартов, я их избавитель,
От тебя, губитель, я спасу людей.
Если ты не трусишь, сделай, что скажу я:
Пусть слетит с вершины жадный твой орел".

Потемнело небо, черный мрак сгустился, —
То орел спустился с горной высоты.
Как взмахнет крылами — все вокруг темнеет.
Даже конь робеет… "Эх, Карапца-конь,
Что с тобой случилось? Крыльев испугался?
Или не встречался посильнее враг?
Мало ли печали мы с тобой видали?
Разве эти вихри новость для тебя?"
Трижды бьет Карапцу плеткой ременной,
А в орла каленой целится стрелой.

В этот миг сползает к ним с вершины горной
Голоднее волка чудище-дракон,
А орел крылами бурю нагоняет,
Ноги подгибает утомленный конь.
"Что же ты, Карапца, ты совсем напуган,
Был мне верным другом, ныне трусом стал?"
Снова хлещет плетью Батараз Карапцу,
Тот рванулся с храпом и — под небеса.
Начался с орлом тут грозный поединок,
А потом на льдинах горных длился бой.
От орлиных крыльев мрак над битвой дикой,
Но пронзает пикой Батараз крыло,
И — светло вдруг стало, как окно раскрылось,
Солнце заструилось сквозь крыло орла.
Засияло солнце скалам и долинам,
Клекотом орлиным огласилась высь,
И вонзает снова храбрый витязь пику,
Горного владыку побеждает нарт.

Он несет на пике хищника к подножью,
Отсекает птице голову мечом.
Слышит, слышит Пако крик орла предсмертный,
И телохранитель Смерти слышит крик.
К витязю спустился тот телохранитель,
И в жестокой битве наземь пал, сражен.
Смерть сама вступает в битву с человеком,
Но живого нарта не пугает Смерть:
Предал Смерть он смерти, — изрубил старуху,
Застонала глухо и упала Смерть.
Покачнулись горы от ее паденья,
Птица черной тенью пронеслась над ней.

Много дел великих нарт в тот день свершает:
Вот ползет, ломает все в пути дракон;
На ходу дракону голову снимает
Батараз бесстрашный блещущим мечом.
Мчится на Карапце Батараз к вершине, —
Пако покидает в ужасе свой край.
Подлетает витязь к скованному нарту,
Разбивает цепи пикою своей,
Цепи разбивает, и освобождает
Мудрого Насрена, и везет домой.

В этот день у нартов очаги пылали,
Нарты пировали, весело шумя,
Резали баранов, пастухов кормили,
С ними сано пили: были все равны.
В этот день открыли нарты санопитье:
Вот они — смотрите — нарты на конях!
В шуратлэс играют, распевают песни, —
Не было чудесней праздника вовек.
Пламенный Сосруко ценную кольчугу
Батаразу-другу дарит с плеч своих,
Нарты прославляют, хвалят Батараза,
С дальних гор на праздник пастухи пришли.
Старенькая Ваква увидала сына:
"Я ль не исполина вырастила вам!"
Батаразу чашу первую вручают,
Радостно венчают славой храбреца,
Много добрых здравиц нарты произносят,
Выпить сано просят, говорят ему:
"Батараз любимый, нарт непобедимый,
Ты вернул нам душу — возвратил огонь,
Вызволил Насрена из цепей железных,
Ты наш избавитель, ты наш первый друг".
Благодарно выпил чашу сано витязь
И сказал: "Да будет вечным наш огонь!"

Длится санопитье и кипит веселье
Сорок дней и сорок радостных ночей.
Слышат конский топот дальные пределы,
В поле свищут стрелы, попадают в цель.
Вниз пускают нарты с древнего кургана
И кидают кверху колесо Жан-Шерх,
Называют нартом нартов Батараза,
Называют лучшим мужем из мужей.