Можно не говорить, что третий кувырок окончательно меня добил. Рухнув с полуметровой высоты, даже вставать не хотелось. Упал я лицом вниз, краем глаза заметив знакомую шкуру медведя, лежащую в малой гостиной с камином. Таких комнат в поместье было всего две, и построили их только для одной цели — чтобы хозяева могли посидеть у огня долгими зимними вечерами. Кстати, сейчас в камине горело толстое брёвнышко, распространяя вокруг приятное тепло. Ухватив шкуру за край, потянул на себя, накрывая голову.
— Что это он делает? — послышался голос мамы Иоланты.
— Думаю, что прячется от кого-то, — язвительно заметила Грэсия.
Где-то с минуту я так и лежал. С той стороны, где сидели женщины, послышался звук опускаемой чашки в блюдце.
— Берси! — в комнату влетела Александра.
— Тсс, — осадила её Грэсия. — Он прячется.
Уже через секунду меня вынули из-под шкуры и перевернули на спину.
— Берси, — Александра с тревогой посмотрела на меня, — с тобой всё хорошо?
— Нет. Меня мутит. Я слышу, как один из конюхов хочет почесать… пониже спины, но широкий ремень и фартук ему мешают. А второй конюх подглядывает за горничными, которые переодеваются. Надо отнять у него амулет, скрывающий запах.
— И амулет отнимем, и по шее дадим, — закивала Александра, усаживая меня.
— Лиара в нашу сокровищницу влезла, — сдал я её. — Хорошо, что за ней Азм присматривает. И как она её нашла, если Тали защиту поставила от посторонних?
— Надеюсь, там ничего опасного нет? — спросила Грэсия.
— Только Азм. Голова сейчас лопнет, — я поморщился, пытаясь выкинуть из головы намерения всех обитателей дома. — Мама Иоланта, пожалуйста, прочтите Клаудии наставление, что нельзя людям молиться Великой матери. Она, в смысле Клаудия, меня не слушает.
— Может его чем-нибудь напоить? — предложила Грэсия. — В прошлый раз помогло. Давно у тебя подобного обострения не было. Ну что ты на полу развалился? Алекс, помоги ему сесть на диван.
На помощь Александре пришла мама Иоланта. Они легко подняли меня под руки и усадили на диван. Грэсия налила в чашку чай и добавила побольше мёда.
— Выпей немного, — она подошла, протянула чашку. — Что ты такого сделал, чтобы проваляться без памяти четыре дня?
— Не знаю, — я сделал пару глотков. — Так получилось. Спасибо. Как Ваше самочувствие?
— На удивление, отличное, — ответила Грэсия, усаживаясь справа. Александра быстро села слева от меня, спеша опередить маму. — Что это было, снова травы асверов или магия? Хотя для трав слишком быстро всё произошло.
— Это подарок от… одной жрицы. Я здесь ни при чём.
— Берси, в городе до сих пор свирепствует чума. Маги, демоны их забери, сожгли уже полсотни домов. И это надо остановить.
— Магов остановить? — не понял я. — Можно попросить асверов…
— Чуму остановить, — сказала она. — Спасти как можно больше людей.
— Как?
— Берси, не серди меня.
— Грэс, — вмешалась мама Иоланта, — оставь.
— Ты не понимаешь, он наверняка придумал какое-нибудь удивительное, простому уму непостижимое заклинание, но вытянуть из него хоть что-то — это нужно постараться.
— Это не заклинание, — вздохнул я. — Скажите, вы ничего не слышали о Зелёной гнили?
— Нет. Точно не магия? — она недоверчиво прищурилась. Я отрицательно покачал головой. — И не травы?
— Второй порции лекарства у меня нет, поэтому, пожалуйста, не заболейте снова.
— Спасибо, не буду, — поёжилась она. — Эта болезнь настолько же неприятная, насколько внешне отвратительная.
— Ничего существенного за эти четыре дня не произошло? — спросил я. — На дом больше не пытались напасть? Как Вигор? Из дворца никаких вестей? Вы говорили, что Даниель должен приехать.
— Нападений больше не было, но вчера собиралась большая толпа, во главе со жрецом Зиралла, — сказала Александра. — Требовали отдать им Вигора. С ним всё в порядке, он уже лучше себя чувствует. Из дворца вестей не было, а папа задержится, пока чума на спад не пойдёт. Он письмо прислал с гонцом накануне. Говорит, что это приказ императора. Что ещё? — она задумалась. — Да, приходили представители гильдии целителей, но Грэсия их прогнала. Сказала, что скормит твоему псу, а он возьми и появись рядом с ними. Они бросились бежать, забыв и о повозке, и о лошадях. Мы их пока в конюшне пристроили.
— Жрецы Зиралла обещали сегодня вернуться, — добавила Грэсия. — Мы отправили гонца к городской страже, чтобы всех разогнали.