Вчера я всё-таки свалил проблему по имени Тарья главе Имперской безопасности Хорцу. Рассказал про артефакт, бегающего подручного девушки, заражающего всех подряд. Высказал озабоченность плохой работой его ведомства и ушёл. Что касается сегодняшнего дня, то я планировал провести его дома. Мой помощник Колин должен был к обеду привезти оставшееся оборудование для алхимической лаборатории. Заказывал его ещё на прошлой неделе, и только вчера вечером гильдия отчиталась, что всё готово.
— Звал? — в небольшую комнату на первом этаже вошла Гуин. Оглядела столы с хаотично расставленными колбами, ретортами и перегонными кубами.
— Пока я здесь навожу порядок, поможешь. Бери медный котелок под номером два. Самый маленький — это номер первый. Тебе нужен тот, что побольше. Он рядом с подставкой и флягой. В коробке рядом травы, которые мы вчера забрали из гильдии. Как готовить отвар для укрепления костей знаешь?
— Знаю, — сказала она, ещё раз оглядывая помещение.
— Нужно четыре порции. Справишься?
Гуин что-то тихо проворчала и пошла к ровному ряду медных котелков. Если честно, то я не представляю, что и в каком порядке должно стоять в лаборатории. Не говоря уже о том, что большая часть приспособлений мне совершенно незнакома. Эвита в гильдии асверов пользовалась довольно скудным арсеналом. Только для пары лекарственных зелий требовался перегонный куб и особый каскад фильтров. Она показывала, как пользоваться и добиться нужного результата, но этого слишком мало. В академии на третьем курсе должны будут проходить лабораторные работы по алхимии, и я собирался посетить их.
Где-то за час до полудня я сумел навести в комнате подобие порядка. Понимаю, что ещё не раз придётся всё переставлять и менять местами, но хотя бы помещение перестало напоминать склад. Гуин заканчивала возиться с отваром, который приобрёл буро-зелёный оттенок.
— Отлично, — подытожил я. — Первую неделю будешь пить два раза в день. Вторую — только по утрам. И следующий месяц — через три дня. Как только отвар будет заканчиваться, приходи и готовь новый. Прибери за собой и не забудь отмыть всё.
Дождавшись кивка Гуин, я направился в сторону кухни, но не дошёл. В небольшом закутке у лестницы, где обычно проводили время асверы, рядом со столом сидели две гостьи. Тёмные платья с длинными рукавами, в которых обычно ходят горожанки. Широкий пояс, подчёркивающий стройные фигуры. Женщинам лет тридцать пять, красивые, кожа молочно-бледная, а волосы спускаются заметно ниже талии. Может показаться, что они сёстры, но нет, внешних отличий слишком много. Когда я проходил мимо, одна заплетала тугую косу подруге, используя костяной гребень с небольшой шпилькой. Приглядевшись, я вспомнил, где видел их. Это были те самые женщины, которые выглядывали из подвала гильдии, только хорошенько отмытые. Ноготки на руках у них были аккуратно подстрижены.
— А где третья? — спросил я подходя. Женщины переглянулись, только затем посмотрели на меня. — Сбежали… Эх. Зовут вас как?
— Фир, — сказала вооружённая гребешком женщина. Лицо немного заострённое, рожки правильной формы, на скуле маленькая, едва заметная родинка. То ли из-за длительного пребывания в темноте, а может по другой причине, но цвет рожек у обеих был необычайно чёрный. Словно они напитались тьмой, отторгая дневной свет.
— Боль, значит, — перевёл я имя.
— Пин, — представилась вторая. Если отбросить то, кем они являлись, я бы сказал, что у неё очень доброе лицо. Такое редко бывает, чтобы внешность располагала. Достаточно одного взгляда и веришь, что его обладательница очень добрая женщина. Об этом говорят лёгкие морщинки в уголках губ и глаз.
— Страх, — вздохнул я. — Прекрасные имена. Боль и Страх. А третья должна носить имя Страдание. Чтобы соответствовать.
Женщины снова переглянулись, словно обменялись мыслями.
— Глупый выбор имени, — я махнул рукой. — Дело ваше. Пришли, чтобы попросить прощение у Великой матери? Благословить не могу. Сложно это и сил отнимает много.
Ещё один быстрый взгляд друг на друга.
— Адана рассказала, что рядом с тобой много молодых и неопытных. Мы пришли помочь, — спокойно пояснила Фир. — Одной Диане сложно, ты её совсем не бережёшь. Нехорошо.
Я слегка удивился такому ответу. Точнее, тому, как это было произнесено. Зараза, простыми словами и не передать. В общем, я не совсем поверил, что передо мной отказавшиеся от имён. Слишком обычно и обыденно сказано.