На высоком помосте, собранном из грубо обтёсанных брёвен, расположились трое мужчин, глядя на суету лагеря. Вождь западного племени по имени Хат хмуро смотрел на огромное, по меркам северных, народов войско. Вера в его мощь и силу в последние дни дала трещину. Может быть, поэтому он носил бронзовую кирасу, предпочитая её, а не удобные богатые одежды. Подобный доспех могли позволить себе только самые богатые воины и вожди. Остальные же смотрели на них с завистью, даже те, кому хватило денег на добротную кольчугу. В их число входили хозяева небольших деревень, мнящие себя вождями. Как раз сейчас они стояли позади Хата, глядя на лагерь ленивым взглядом. Ещё вчера они едва не сошлись в поединке, пытаясь занять для своих людей лучшее место в деревне, а сегодня делали вид, что их ничто не интересует.
Всего за несколько дней войско под командованием Хата существенно сократилось. Из десяти банд по двести человек он потерял три. Две в атаке на лесной дворец и одну на южной дороге. После сокрушительной победы над имперским ополчением и оборотнями, он был разбит на ровном месте. Хуже всего то, что мораль в не самой дружной армии стремительно падала. Если бы не страх перед хозяевами, вожди и главы деревень давно бы бежали обратно на север. А без морали выиграть очередное сражение будет непросто.
— Великий вождь Хат! — к помосту подбежал мужчина в длинной кольчуге, надетой поверх плотного стёганого доспеха. Такой можно было купить только у южных князей, ходивших вдоль берега на галерах. И стоил он ничуть не меньше, чем бронзовая кираса Хата. Южане меняли их исключительно на золотые самородки и драгоценные камни. Помимо прочего, мужчина носил железный шлем, покрытый тонкой позолотой и изящной гравировкой.
— Я всё ещё не достиг положения «великого», — сказал Хат, сегодня не расположенный к лести. Повернувшись, он бросил короткий взгляд на стоявших позади него и пожирающих завистливым взглядом мужчину. — Хокон, поднимайся сюда.
Мужчина легко взбежал по настилу из брёвен, звеня кольчугой и придерживая меч в богатых ножнах. Он был высок и крепок телом, так как никогда не был ограничен в хорошей еде и тренировался у лучших мастеров.
— У меня плохие вести, — Хокон поморщился, собираясь с мыслями. — Рогатый, которого имперцы зовут демоном, снова напал.
— Где на этот раз?
— На западной дороге.
— Сколько? — Хат чувствовал, как головная боль, терзающая его последние несколько дней, снова возвращается.
На минуту повисла пауза, нарушенная звуком очередного падающего дерева.
— Сложно сказать, — неохотно ответил мужчина, стоически выдержав взгляд вождя. — Полчаса назад вернулся дозорный отряд, который я отправлял с поручением. Они говорят, что на западной стоянке живых нет. Но, может быть, кто-то сумел сбежать в лес…
— Я же усилил западную дорогу отрядом в сотню человек! Потому что отряды в дюжину и даже две он умудряется вырезать, не потревожив их сон!
— Судя по словам дозорных, он напал глубокой ночью, убив много спящих. Когда поднялась суматоха, устроил настоящую резню.
— Сколько он уже убил? — стараясь держать себя в руках, спросил Хат. — Четверть тысячи? За три дня! Получается, что через десять дней он в одиночку перережет всю армию?
— Не в одиночку, — сказал Хокон. — Лагерь на южной дороге. Я рискнул отправить туда несколько людей. Они дошли до лесного дворца. Это тоже были демоны. Но их больше. Почти дюжина. Из моих людей живым вернулся один. С его слов, ему просто позволили уйти.
В глазах Хата на секунду потемнело, и он крепче стиснул поручень помоста, чтобы не покачнуться.
— Отправляйся к отцу, — сказал Хат. — Пусть он просит помощи у Хозяев. Или придётся искать другой путь, обходя стороной этот проклятый лес.
— Отправлюсь сейчас же, — кивнул мужчина, пришедший к такому же выводу. Одно дело воевать с людьми, сходясь в достойном сражении лицом к лицу при свете дня. Совсем другое — пытаться противостоять демонам, охотящимся на тебя по ночам.
С одной стороны, Хат мог спокойно вздохнуть, так как решилась загадка, которая не давала ему покоя. В его голове никак не укладывалось то, что один, пусть даже демон, мог истребить сотню человек. Не крестьян или женщин со стариками, а сильных и умелых мужчин. Должно быть, рогатые демоны специально нагоняли на людей страх, заставляя думать, что это делает только один. С другой стороны, он не знал, как с ними бороться. Идти в логово разъярённого древнего зла было сродни самоубийству. Даже хозяева остерегались и никогда не заходили на его территорию. Кто мог подумать, что они облюбуют прекрасный богатый дворец одновременно с ним. Хат знал, что в этом противостоянии хозяева проиграют. Осталось узнать, насколько изменятся их желания и планы владыки на часть Имперских земель.