Если повезёт, Ксандер составит мне компанию, но что, если он не захочет со мной говорить? Мы не общались с воскресенья, и этот вариант нельзя исключать. А что, если он пришёл с кем-то?
— Изабелла! — Одри открывает дверь и оглядывает меня с ног до головы. — Рада, что ты пришла.
— С днём рождения, — говорю я, напрягаясь.
— Спасибо. — Она отступает, пропуская меня. — Это для меня? — кивает на букет в моих руках.
— Да. — Передаю ей цветы, и она сразу же зарывается носом в них. — Пионы — мои любимые. Надеюсь, тебе тоже нравятся.
— Обожаю. — Она улыбается, но я не могу расслабиться в её присутствии. После воскресенья я не верю в её искренность. — Пойдём, познакомлю тебя со всеми.
На террасе мы обходим гостей. Я знакомлюсь с десятком людей. Её родителей нет — они неожиданно уехали в Вашингтон, но, по крайней мере, её муж прилетел.
— Белла?
Оборачиваюсь и встречаюсь взглядом с Ксандером. Он стоит в дверном проёме, уставившись на меня в полном шоке.
Сердце падает.
Он не знал, что я буду здесь, да? Одри подстроила это.
ГЛАВА ТРИДЦАТЬ ПЯТАЯ
БЕЛЛА
Ноябрь
— Привет, — Я неловко машу и украдкой бросаю взгляд на сестру Ксандера, которая стоит в нескольких метрах с мужем и парой друзей.
Одри ловит мой взгляд с самодовольной усмешкой. Может, я ошибаюсь, но кажется, она настояла на моём приходе не потому, что хотела познакомиться, а потому что рассчитывала разозлить Ксандера моим неожиданным появлением.
Что, чёрт возьми, с ней не так?
— Привет, — голос Ксандера приглушён, он сутулится и направляется в противоположную сторону.
Сердце сжимается, в груди становится больно. Его реакция говорит сама за себя. Теперь я знаю, что он ко мне чувствует. Пожимаю плечами и переключаюсь на Джесс — милую рыжеволосую девушку, которая со мной дружелюбна.
— Давно знаешь Одри? — спрашивает она.
— Мы только познакомились. Виделись, наверное, раза три, — улыбаюсь я.
— Три раза? — Джесс моргает в замешательстве. — В каком смысле?
Я тихо смеюсь.
— Встретила её на прошлой неделе у Ксандера. В воскресенье сидели вместе на игре. А эта вечеринка — третий раз.
— Оу. — Она на секунду отводит взгляд за моё плечо, потом снова смотрит на меня. — Похоже, я задала не тот вопрос. Как давно ты знаешь Алекса?
— Три месяца.
— Тройка — твоё счастливое число, да? — её глаза блестят.
Я хихикаю.
— Можно и так сказать.
— У вас с Алексом что-то есть? — она любопытно приподнимает бровь.
— Нет, — честно отвечаю. — Мы друзья.
— Одри его слишком опекает. Она уже грозила тебе, если вдруг начнёшь к нему подкатывать? Как-то раз сказала, что больше ни слова со мной не промолвит, если я попробую.
Внутри меня шевельнулась ревность.
— Ты в нём заинтересована?
— Думала, что да, — усмехается она. — Мы с Одри выросли вместе, так что я знаю его вечность. Он на несколько лет младше, но когда ему исполнилось восемнадцать, было сложно не позволить себе помечтать. Правда, он никогда не проявлял ко мне интереса, да и вообще разборчив, особенно когда дело касается девушек. Так что если он называет тебя другом, значит, ты ему нравишься.
— Поверю тебе на слово.
Мы болтаем ещё несколько минут, пока кто-то не зовёт её, и она извиняется.
Когда Джесс уходит, я вздыхаю, не зная, что делать дальше. Судя по всему, ужин скоро начнётся, но пока я просто осматриваюсь.
Замечаю все мелкие детали дома. Здесь красиво — много света, продуманный дизайн. Деревенский стиль с деревянными акцентами, современная мебель вперемешку с натуральными материалами и нейтральная цветовая гамма. Уютно, тепло, и от этого моя тревога немного утихает.
Найдя ванную, я запираюсь внутри, брызгаю водой на лицо, стараясь не задеть тушь. Затем глубоко вдыхаю и открываю дверь.
Фигура в коридоре заставляет меня вздрогнуть.
— Ксандер? — Что он здесь делает?
Скрестив руки, он окидывает меня взглядом, и на его губах появляется знакомая ухмылка.
— Ну как? — Поднимает подбородок, указывая на ванную за моей спиной, глаза игриво блестят.
— Красиво. Та же нейтральная гамма, что и во всём доме.
— Что думаешь о Джесс? Видел, вы разговаривали.
— Она милая.
Он лишь кивает в ответ, не отводя от меня глаз.
Я выпрямляю плечи и делаю шаг вперёд.
— Можешь подвинуться? Хочу вернуться на террасу.
— Нет.
Фыркаю, раздражение пульсирует в венах. Двадцать минут назад он вёл себя так, будто едва меня знает, а теперь не даёт уйти? Упираюсь ладонями в его грудь, отстраняя.
— Отойди. Не в настроении.
Он приподнимает бровь, усмехаясь.
— А почему я должен?
— Твоя реакция на моё присутствие всё прояснила.
— Прости, Белла, но твоя реакция на мою реакцию тоже кое-что значит, — нависает ближе, прислоняясь к косяку. — Моя сестра подставила нас обоих — обожает вмешиваться. Я не знал, что она тебя пригласила, а ты, похоже, решила, что это я. Я прав?
— Возможно.
— Где Миллер?
— Наверное, дома.
— Наверное?
— Я не знаю, где он, потому что мы расстались.
— Что? — Его брови сдвигаются, губы слегка приоткрываются. — Вчера на тренировке он сказал Гарсии, что ты ждёшь его дома.
Скривив губы, я скрещиваю руки.
— Он попросил пока сохранить наш разрыв в секрете, и я согласилась.
Ксандер делает ещё шаг ближе и говорит:
— У меня слишком много вопросов. Похоже, сегодня ты идёшь ко мне.
— С чьих это слов? — я фыркаю, удивлённая его уверенностью.
— Твоего друга, — шепчет он, приближаясь так близко, что я чувствую его дыхание на своей коже. — Твоего любовника.
Против моей воли внутри всё сжимается. Близость Ксандера — мой злейший враг.
Он не сделал ничего плохого, но я не могу снова попасть в его сети.
— Иди к чёрту, Ксандер.
— Пойду куда угодно, но только если ты составишь мне компанию. — Его губы касаются моих, едва он замолкает. Это всего лишь лёгкий поцелуй, но мои колени сразу же подкашиваются. Почему я всегда так на него реагирую?
Он отступает на шаг и протягивает руку. Вместо того чтобы взять её, я прохожу мимо. За спиной раздаётся его смешок, и в следующий момент он уже небрежно обнимает меня за плечи.
— Ты так просто от меня не избавишься, — шепчет он на ухо, выпуская на свободу бабочек в моём животе.
Хотя я изо всех сил стараюсь держать эмоции под контролем, моё сердце готово взорваться от счастья. Его ласка значит куда больше, чем слова о том, что он не хочет отношений.
Мы останавливаемся у двери, ведущей на террасу.
— Когда ты рассталась с Миллером?
— У него дома после игры. Всё прошло так хорошо, как только можно было надеяться. — Это не совсем правда, но ему не обязательно знать её, особенно сейчас. Это вечеринка Одри, и вряд ли ей понравится, если я испорчу ему настроение.
Ксандер изучающе смотрит на меня, прикусив щёку.
— Он ничего не попытался сделать с тобой…
— Присутствие Бена помогло. — Хотя бы это правда. Синяк на шее не такой уж большой, скрыт плотным слоем тонального крема. Покажу ему позже, когда останемся одни.
Высвобождаюсь из его объятий и говорю:
— Пошли, или еда закончится.
— Мы едем ко мне, — заявляет Ксандер, когда мы покидаем дом его родителей около полуночи.
— Зачем?
— Нам нужно поговорить. — Он останавливается и протягивает руку, его ослепительная улыбка дразнит меня, так легко снося все мои защиты. — Пожалуйста, Белла.
Со вздохом я принимаю его руку, и он переплетает наши пальцы, будто так и должно быть. Притягивает меня к себе и ведёт к машине, где настаивает, чтобы открыл мне дверь. Убедившись, что я пристёгнута, он проводит пальцами по моему запястью. Его черты озаряет победоносная улыбка. Не уверена, что поступаю правильно, но два бокала вина немного притупили мою тревогу.