— Надо было подать на него в суд, — бормочу я.
Ксандер отстраняется и берет мой подбородок в пальцы.
— Все будет хорошо. Мы выиграем Супербоул, и я заставлю ненавистников проглотить свои слова. Ради тебя.
— А если выиграешь, можно я загадаю желание? — спрашиваю я, и в голове рождается идея.
Он усмехается.
— А почему нет?
Гостевой домик у бассейна, где мы остановились, небольшой, но уютный, с панорамными окнами и бежевыми стенами. В гостиной — просторный диван, большой телевизор на стене, PlayStation и мини-кухня в углу. За полуоткрытой дверью видна роскошная кровать с тумбочками по бокам.
— Моя сестра не замучила тебя своей болтовней? — шепчет Ксандер, когда дверь закрывается за нами.
— Немного, — смеюсь я.
— Она всегда такая, когда что-то затевает. — Ухмыляясь, он ставит сумки на пол.
Затем притягивает меня к себе, его губы находят мои, и я вздыхаю в поцелуе. Я никогда раньше не была с таким парнем, как Ксандер. Он заполонил все мои мысли, украл мое сердце и не собирается возвращать. Он под моей кожей, в моей крови.
Он повсюду.
— В день своего дня рождения она вела себя так же. Надо было догадаться, что она тебя пригласит.
— А что бы ты сделал, если бы знал, что я там буду?
Ксандер пожимает плечами.
— Попытался бы вызвать ревность.
Я сужаю глаза.
— Что?
— Да, чтобы проверить твои чувства, особенно после того, как ты согласилась быть «женой» Миллера прямо у меня на глазах. — Его губы в миллиметре от моих, дыхание обжигает кожу. — Я надеялся, что ты влюбилась в меня, и мне нужны были доказательства. Нужно было знать, что я не один в этих чувствах. — Он прижимает лоб к моему, руки скользят к моим бедрам. — Сегодня я хочу сбежать с тобой. Пляж в двух шагах. Там мы будем одни, без посторонних глаз.
— Бассейна тебе мало, мистер квотербек? — дразню я, вставая на цыпочки.
— Мне всегда мало. — Он страстно целует меня, и весь мир перестает существовать.
Большинство гостей здесь знакомы друг с другом, но Джесс сжалилась надо мной и составила компанию. Она рассказывает о проекте, который ей поручили, о курсах по питанию. Я делюсь подробностями о своей работе и любви к дизайну интерьеров.
— Ты не думала пойти на курсы? — наклоняет голову Джесс, рыжие локоны рассыпаются по плечам. — По дизайну интерьеров, я имею в виду.
Я отхлебываю коктейль.
— Нет.
— Почему? — Она приподнимает бровь. — Тебе явно нравится это направление. Почему бы не изучить его глубже, чтобы заниматься этим профессионально? Может, работать на себя?
Я размышляю над ее словами, украдкой поглядывая на Ксандера, который увлечен беседой с Райаном. Если я решу учиться дизайну, он поддержит? С вздохом я поворачиваюсь обратно к Джесс.
— Не знаю. Я об этом не задумывалась. — Пожимаю плечом. — В основном я самоучка, хоть и многому научилась у кузины и из журналов.
— Подумай, — улыбается она, чокаясь со мной бокалом. — Когда будешь готова, я стану твоей первой клиенткой, и ты сделаешь крутой дизайн для моей маленькой студии. Договорились?
Я смеюсь.
— Договорились.
Вокруг нас разговоры стихают, и, подняв глаза, я вижу Одри и Райана в центре комнаты.
— У нас новости, — щебечет Одри.
Райан обнимает ее за талию, притягивая к себе.
— Как вы знаете, Райан наконец получил повышение, и в марте мы возвращаемся в Бостон. Возвращаемся к истокам.
Ксандер кладет руку мне на плечо, улыбаясь, как Чеширский кот. Я хихикаю, вспоминая, как его родители обрадовались, что оба их ребенка снова в одном городе.
Райан улыбается.
— Мы хотели собрать вас всех здесь сегодня, потому что после переезда увидимся с большинством не так часто. Но есть и вторая причина… Одри беременна. Мы станем родителями.
Комната взрывается смехом, возгласами и аплодисментами. Ксандер вскакивает и бросается к старшей сестре, обнимая ее и что-то шепча на ухо. Она расплывается в счастливой улыбке и подпрыгивает на месте.
Я не сомневаюсь, что он будет самым лучшим дядей. Его задумчивость – не более чем видимость; он самый милый парень из всех, кого я знаю.
После вечеринки мы гуляем по песку. Пляж залит лунным светом, и единственный звук, который можно услышать, – это плеск волн о берег. Здесь тихо и уединенно.
— Значит, твои родители знали? Как им удалось сохранить это в тайне?
— Понятия не имею. Когда мы вчера высадили Майло, они не сказали ни слова, – бормочет он, покусывая нижнюю губу. — Мне хочется отомстить им за то, что они скрыли от меня эту новость.
— Есть что-то конкретное на примете? – Я фыркаю, забавляясь его детским поведением. Пьяный Ксандер такой веселый.
Он резко останавливается и снимает футболку, затем спортивные штаны.
— Когда я объявлю о чём-то важном, я тоже сохраню это в секрете. – Он дуется.
Он очарователен, как маленький мальчик, который не получил на Рождество то, что хотел.
Затем он подхватывает меня, перекидывает через плечо и бежит в море. Я смеюсь, моё настроение лёгкое и весёлое. Зайдя в воду по пояс, бросает меня в нее прямо в одежде. Вынырнув, я тру глаза и откашливаюсь от солёной воды.
— Чёрт возьми, — выдыхаю я, всё ещё смеясь. — Ты должен был сказать мне надеть купальник.
Он заключает меня в свои большие объятия, а его губы оставляют дорожку из горячих поцелуев на моей шее.
— Прости, детка. Какой же это сюрприз, если ты знала, что мы собираемся поплавать? – От его низкого смешка у меня вибрирует горло, когда я обхватываю его бедра своими ногами.
Обвив одной рукой его шею, я откидываю волосы с лица и впитываю его в лунном свете. Я не могу насытиться им. Каждый день, каждый час, каждую минуту...Этого никогда не бывает достаточно.
Я хочу большего.
Мне нужно больше.
Я не знаю, кто пошевелится первым, но вскоре наши губы сливаются в страстном поцелуе.
Тела прижимаются друг к другу, моя киска скользит по его твердой длине. Он просовывает пальцы мне под трусики и ласкает мой клитор. Я плаваю в океане чистого блаженства, не обращая внимания на окружающее. Единственная острая эмоция, которая все еще остается здесь, – это желание.
Я позволяю ему делать со мной такие вещи, которые, как я думала, никогда меня не возбудят. Этот мужчина – воплощение всего, о чем я никогда не смела мечтать. Теперь он раскрашивает мой мир в тысячи разных цветов, касаясь моей кожи всего лишь пальцами.
Вцепившись в его широкие плечи, я углубляю наш поцелуй и двигаю бедрами в такт его пальцам. Прерывисто дыша, я прикусываю его нижнюю губу, втягивая ее в свой рот.
— Детка, – застонав, он прерывает наш поцелуй.
Затем одним плавным движением пронзает меня насквозь. Двигается медленно, его губы скользят вдоль моего подбородка. Его язык касается мочки моего уха, заставляя меня вздрогнуть. Он касается самой моей души и задевает за сердечные струны.
Посасывает мою шею, оставляя засос, я стону громче, побуждая его сделать больше, оставить метку на всем моем теле. Я принадлежу ему телом и душой, сейчас и всегда. Жар, желание, которое мы оба испытываем, переполняет и освобождает. Его толчки становятся грубее, глубже, и когда он тянет меня за волосы и прикусывает ключицу, мои глаза закатываются.
— Белла. – Мое имя на его языке смешивается с его гортанными стонами.
Затем он пульсирует внутри меня, вызывая настолько мощный оргазм, что у меня подгибаются пальцы на ногах.
— Ты сводишь меня с ума, — говорит он, когда мы возвращаемся в реальность.
— Почему? — спрашиваю я, крепче обнимая его за шею.
— Я просто хотел немного поплавать, поцеловать тебя при лунном свете и вернуться в нашу тёплую постель. Но в тот момент, когда твои ноги обвились вокруг моей талии, мой разум превратился в желе. – Смеется Ксандер, кружа нас. — Боже, я люблю тебя. Я понятия не имею, как я выжил все эти годы без тебя. Я потратил столько времени не на тех людей.