Тишина повисла между нами.
Я сделала глубокий вдох.
— А она?
Он нахмурился.
— Что — она?
— Любит тебя?
Он задержал дыхание, будто я попала в точку.
— Не знаю.
Я всмотрелась в его лицо.
— А ты?
Он опустил взгляд.
— Не люблю.
Я почувствовала, как внутри что-то сжалось.
— Ты...уверен?
Он закрыл глаза и провёл рукой по лицу.
— Алиса…
— Что?
Он не ответил.
Тишина повисла между нами.
Я встала.
— Я пойду спать.
Он только кивнул.
Я легла в постель, но сон не шёл. В голове крутились его слова, её голос, их прошлое, о котором я ничего не знала.
Я закрыла глаза и глубоко вздохнула. Бесполезно.
Вдруг кровать чуть прогнулась. Тёплая рука скользнула по талии, а затем крепко обняла меня со спины.
— Не думай об этом, — голос Миши был тихим, хрипловатым.
Я не ответила, но он продолжил:
— Всё, что было, осталось в прошлом. Сейчас у меня только ты.
Я почувствовала, как он прижимается ближе, тёплое дыхание коснулось моего виска.
— Не стоит переживать.
Я медленно положила ладонь поверх его руки, сжала пальцы.
— Не знаю, получится ли.
Он наклонился ближе, губами коснулся моего плеча.
— Получится.
Я закрыла глаза, слушая, как его дыхание постепенно становится ровнее.
Хоть я и переживала, но сейчас, рядом с ним я чувствовала себя намного лучше.
Но утром нас ждало кое-что… неприятное.
Стук в дверь был резким и настойчивым.
Я открыла глаза и почувствовала, как Миша напрягся рядом.
— Миша, открой!
Женский голос.
Я уже знала, кто это.
22.1
Стук в дверь становился всё более резким и настойчивым.
Я резко села, пытаясь до конца проснуться, но сердце уже билось тревожно. Миша выдохнул, провёл ладонью по лицу и тоже сел.
— Ты её ждал? — я посмотрела на него с подозрением, но внутри уже знала ответ.
— Ты серьёзно? — он раздражённо качнул головой, встал и быстро натянул футболку. Я заметила, как напряглись его плечи. Дёрнулся уголок губ — он сдерживался, чтобы не выругаться.
Миша не просто злился. Ему было неприятно.
— Какого чёрта… — пробормотал он, направляясь к двери.
Степан, до этого спокойно дрыхнувший в кресле, поднял голову и зашипел.
Я прикрыла рот ладонью, чтобы сдержать смешок, но не смогла. Михаил метнул в мою сторону тёмный взгляд.
— А, то есть тебе весело?
— Это нервное, — я едва слышно хихикнула.
Миша открыл дверь.
— Наконец-то, — Алина скользнула взглядом по Мише, а потом заметила меня.
Её губы дрогнули.
— Значит, не показалось.
— Это тебя не должно касаться. Итак, что ты тут делаешь? — он стоял, явно не собираясь давать ей пройти дальше.
— Нам нужно поговорить.
— Сейчас не время и не место, — голос его был резким.
— Это касается нас обоих, — Алина скрестила руки на груди.
Михаил сжал челюсть.
— А с чего ты решила, что меня это вообще касается?
— Я уезжаю из Москвы.
Пауза.
Он вздёрнул брови.
— И?
— Просто думала, тебе будет интересно.
— Вот как, — в голосе Михаила было сухое недоверие.
— Надеюсь, ты знаешь, с кем связалась, — вдруг обратилась ко мне Алина.
— Думаю, лучше, чем ты, — я парировала прежде, чем успела себя остановить.
Алина сузила глаза, но Михаил даже не дал ей заговорить:
— Всё?
Она резко выдохнула, развернулась и вышла.
Дверь захлопнулась, и в квартире воцарилась тишина.
— Что это было?
Он устало потёр шею.
— Демонстрация. Хотела напомнить о себе.
— Думаешь, она действительно уедет?
Миша задумался.
— Честно, не знаю.
— А что она имела в виду? — я приподняла брови. — «Надеюсь, ты знаешь, с кем связалась»… Это что, угроза?
Он усмехнулся, но усмешка вышла сухой.
— Это Алина. У неё драматизм в крови.
Я кивнула, но осадок всё же остался.
— Надеюсь, у тебя одна бывшая жена. Вторую я не перенесу.
Михаил слегка прищурился, а потом, наконец, ухмыльнулся:
— Вторую и я не перенесу.
22.2
Я улыбнулась, но что-то внутри не давало покоя.
Я отвернулась и подошла к окну, скрестив руки на груди.
За стеклом солнечная Москва, а у меня в голове — мысли об их прошлых отношениях. Миша всем своим видом показал, что Алина ему не интересна, но всё-таки один вопрос не давал мне покоя.
— Ты притихла, — голос Миши прозвучал чуть тише.