Я сжала губы.
— Я просто думаю.
— О чём?
Пальцы сжались в кулак.
Спросить или нет?
Но слова сорвались сами собой.
— А если бы она не изменила тебе… ты был бы с ней?
Позади меня повисла тишина.
Я повернулась.
Миша смотрел на меня пристально, с выражением по типу, когда не знаешь — разозлиться или рассмеяться.
— Ты серьёзно?
— Разве вопрос странный?
— Он бесполезный.
Он вздохнул, провёл рукой по затылку.
— Ты же знаешь, что история не имеет сослагательного наклонения.
Я скрестила руки на груди.
— Но это не про историю. Это про тебя.
— Это в любом случае уже прошлое.
— Ты сказал, что любил её.
Он задержал дыхание, а потом без всякой эмоции выдал:
— Любил.
Я кивнула, но не отвела взгляда и повторила вопрос:
— Если бы она не предала тебя, ты бы был с ней?
Он подошёл ближе, но я не двинулась.
— Ты хочешь, чтобы я сказал "да"?
— Я хочу правду.
— Хорошо. Может, и был бы.
Удар.
Сердце сжалось.
Я разжала руки, резко развернулась, собираясь уйти, но он поймал меня за запястье.
— Ты правда думаешь, что я сейчас думаю о ней?
Я вырвала руку.
— А я не знаю, о ком ты думаешь!
Его челюсть напряглась.
— Значит, ты действительно не понимаешь.
Я молчала.
Миша подошёл ближе, его ладони коснулись моего лица.
Тепло.
Я встретилась с его взглядом.
— Малыш, успокойся, — его голос стал низким, хриплым. — Я думаю только о тебе. Люблю только тебя. И хочу только тебя.
Я не дышала.
— Любишь? — мой голос дрогнул.
Он скользнул пальцами по моей щеке, зацепил кончиком большого пальца нижнюю губу.
— Это пугает тебя?
— Отвечай, Миша.
Его губы едва заметно дрогнули, а затем он тихо выдохнул.
— Люблю.
Я замерла.
— Теперь ты довольна? — усмехнулся он, чуть насмешливо.
— Да.
И прежде чем я успела что-то сказать, он притянул меня к себе и поцеловал.
Жёстко. Горячо.
Злость и ревность перетекли в желание.
Миша подхватил меня, прижал к стене, углубляя поцелуй.
Я резко дернула за край его футболки, заставляя Мишу на секунду отстраниться.
Он поднял руки, позволяя мне стянуть футболку.
Я отбросила её в сторону, а потом… зависла.
— Что? — Михаил слегка прищурился.
— Просто… — я провела рукой по его груди, по рельефному прессу, — я думала, у преподавателей в вузе… ну, не знаю… стандартный набор — пузико, кардиган, чашка кофе.
Он фыркнул.
— Значит, ты разочарована?
— Скорее, поражена, — я улыбнулась, скользнув пальцами ниже. — Ты как-то не вписываешься в мои представления.
Он улыбнулся и принялся целовать мою шею.
— Хм…. — и много голых преподавателей ты разглядывала?
Я ухмыльнулась:
— Ты первый.
Его глаза опасно сверкнули.
— Первый и последний, — тихо, но веско.
В следующую секунду он посадил меня на подоконник и мои ногти невольно вонзились в его спину.
Он резко втянул воздух, и в его взгляде появилось что-то… хищное.
— Помечаешь меня, да?
— Чтобы ты не забывал, чей ты.
Михаил усмехнулся, резко притянув меня к себе.
— Как будто я могу забыть.
Его руки скользнули под мою футболку, горячие ладони коснулись кожи.
Я задохнулась, выгибаясь навстречу.
— Я люблю тебя, — его голос сорвался на хрип.
— И я люблю тебя.
22.3
Его губы скользнули по моей шее, оставляя лёгкие покусывания, от которых внутри всё сжималось в сладком напряжении.
Миша опустился ниже, прошёлся губами по ключице, а затем снова поднялся к уху.
— Давай уберём всё лишнее… — его голос был низким, тягучим, срывающимся на хрип.
Он стянул с меня футболку, затем методично принялся избавлять от трусиков, касаясь кожи чуть дольше, чем требовалось.
— Пиздец… — он резко втянул воздух, провёл ладонью между моих ног. — Ты уже вся мокрая.
Я сжала его плечи, чувствуя, как под пальцами перекатываются напряжённые мышцы.
— Всегда такая, когда ты рядом, — выдохнула я.
Миша вновь притянул меня к себе, наши тела слишком плотно соприкоснулись, и от этого прикосновения волна жара прошла по всему телу.
— Алиса… — его голос был низким, тёмным. Голодным.
От одного этого я едва не потеряла голову.
Но мне нужно было больше.
Я провела губами вдоль его челюсти, затем легонько укусила за кожу у уха.
Он резко вдохнул.
— Ты не представляешь, насколько сводишь меня с ума…
Миша перехватил мои запястья, удерживая мои руки над головой, заставляя полностью раствориться в этом моменте.