— Да я не об этом, я с Ромкой встречаться боюсь.
— А-а! А чего мы тогда прёмся туда? — психует Катюха, но тут же исправляется. — Успокойся и доверься мне. Это же у меня с тачкой беда случилась, а ты просто типа случайно вместе со мной оказалась.
Я подавляю тяжёлый вздох и прикрываю глаза. Что я творю? Надо было одной к нему ехать. А с какой тогда целью? Хотя папа обещал купить мне машину, как только я вернусь. Но ведь она будет новая… Что же мне в ней ремонтировать?
— Коть, а какая у тебя беда с тачкой?
— В смысле?
— Ну, что мы ремонтировать будем?
— А-а, так нам ещё целый час ехать, пока доберёмся — найдётся, что отремонтировать, — Котя нервно хохотнула и ласково погладила оплётку руля, словно извиняясь перед… «Пусечкой». — И потом, Ев, не хочу тебя расстраивать, но, может, это вовсе и не твой Ромео…
— Обалдела? Ян ведь при тебе позвонил. Как думаешь, какова вероятность того, что мой отец инкогнито решил опекать какого-то другого Романа Темнова?
— Как раз это и стало решающим фактором для моей лояльности, а то бы хрена лысого я в эту Тмутаракань потащилась. Эх, и почему бы Тимуру Альбертовичу не взяться, к примеру, меня опекать?
— А твой папашка что — совсем соскочил? Он к вам не вернулся, кстати?
Неприятности в Катюхиной семье начались ещё до моего отъезда. Случилась очень противная и банальная вещь — Котин папа ушёл к молодой любовнице, а мама очень тяжело переживала разрыв. Ну и Котька, конечно, тоже переживала. И я вместе с ней.
— Шутишь? Мой батя теперь отец-героин! Они со своей Ниночкой уже второго заделали, ей рожать скоро. А старшей вот-вот четыре будет. Блин, всё время забываю, как зовут эту мелкую пигалицу… э-э… имечко такое долбанутое… А, Кассандра! Прикинь, да? Я оборжалась. А сначала хотели Харизмой назвать.
— Да ладно?
— Да говорю тебе! Отец еле уболтал эту придурочную передумать. А мальчика стопудово Эросом назовут. А чо?.. Эрос Дмитриевич Стёпкин — это звучит гордо. Теперь вся отцовская любовь и материальные блага принадлежат карапузам. А Катюхе — балалайка! Ни возрастом, ни имечком не вышла. Я удивляюсь, как он ещё мне тачку к совершеннолетию подогнал, да и то не новую. Ты-то сама с колёсами?
— Наверное, — я пожала плечами, неожиданно смутившись. — Я папу ещё не видела, но он обещал…
— Ну да — твой батя не такой жмот. Хорошо, что мой хоть учёбу оплачивает. Ты, кстати, поступать-то будешь? А то ты и так со своей заграницей целый год потеряла. Кто ты у нас там — физик-ядерщик?
— С ума сбрендила? — смеюсь я. — Не, я на языки налегала.
— На иняз рванёшь?
— Ой, Коть, это вообще больная тема…
Внезапно моё внимание привлекает световое табло с надписью «Город, в котором ты», и в голове словно тумблер щёлкает.
— Коть, а ты про Ромку говорила, что он точно в Москве… Ты его видела?
— Ой, да не видела, перепутала я. Но теперь-то ты, слава богу, и сама знаешь, что он здесь, а не там, где я думала.
Что-то Котя темнит, а это совсем не в её характере. Против воли мне в голову лезут нелицеприятные картинки, перелистывать которые не хватает моих нервов и терпения.
— Коть, а может, хватит этих тайн? Здесь, там… Что за фигня? Говори, а я уж сама решу, там он или здесь.
— Ой, да бред! Ты только не ржи, — хихикает подруга.
Час от часу не легче.
— Коть, не буди во мне злого бабая!
— Да как скажешь, но я предупредила. Короче, я зимой на крестинах была, ну а в церкви, сама знаешь, не слишком весело. Вот я и таращилась по сторонам, ожидая, когда они уже покончат с этим великим таинством, прости господи. Ну, и что ты думаешь? Разглядываю я попа и размышляю… А, неважно, короче, но в храме лучше об этом не думать. А он, прикинь, поворачивается — и я по уши в шоке! Твой Ромео! Ну, в смысле, один в один! Тогда-то я решила, что это он, разулыбалась, как идиотка, и даже кивнула ему — здрассьте, мол, давно не виделись. А он мне тоже кивнул, между прочим. Я, конечно, прифигела неслабо, но решила подойти поближе поздороваться.
— Во время крестин?
— А что такого? Не он же крестил, и не меня. А почему бы двум скучающим знакомым людям не пообщаться? Ты только ничего не подумай, я же не для себя, а для пользы дела.
— И как — пообщались?
— Не, он прихватил какую-то атрибутику и свалил. Не бежать же было за ним. Ну вот — как-то так…
— Коть, ты серьёзно? Ты в церковном батюшке увидела моего Ромку?
— А что мне было думать, когда он — вылитый Ромео? И чего это сразу батюшка! Там такой жеребец!.. — Котя внезапно осеклась. — Это я так подумала, пока его не узнала. Но, как видно, обозналась. Зато теперь с чистой душой могу туда наведаться. Мне, кстати, не мешало бы исповедаться. А там — как пойдёт…