- Намного лучше, доктор Хилл сказал, что меня можно будет выписать послезавтра, - улыбнувшись ответила мама.
- Значит я скажу своей горничной, чтобы она поехала и убрала у тебя, - взяв её за руку, спокойно проговорил я.
- Сынок, у тебя что-то случилось? – после минуты молчания она резко спросила.
- С чего ты взяла? – я вопросительно посмотрел на маму и взял её ладонь в свою.
- Ты сегодня выглядишь более живым, - теперь я понял.
- Мам, я скоро познакомлю тебя с причиной моего более живого вида, - поцеловав мамину ладонь, я заметил, как её глаза расширились.
- Неужели ты встретил её? Мы с тобой виделись неделю назад, и у тебя ещё никого не было, - крепко сжав мою руку, мама протараторила так, что из меня вырвался тихий смешок.
- Это жизнь, мам, - улыбаясь ответил я, и на её лице тоже появилась улыбка.
- Я хочу, как можно скорее с ней встретится.
- Теперь у тебя есть стимул к выздоровлению, - ещё раз поцеловав мамину руку, я почувствовал вибрацию в кармане.
Отпустив руку, я вытащил телефон. Звонил Калеб. Мы с ним уже неделю не общались, потому что у обоих были командировки.
- Да, - ответив на звонок, я поднёс телефон к уху.
- Привет, занят?
- Я перезвоню тебе через час.
- Договорились, - ответил он и сбросил вызов.
- По работе? – спросила мама, когда я положил телефон на тумбочку.
- Да, потом перезвоню.
- Скоро день рождение у твоего отца, - неожиданно сказала мама, из-за чего моя челюсть сжалась.
- И?
- Он звонил мне вчера, и пригласил на праздничный ужин, - интересно конечно. Отец не приглашал нас последних три года, а тут снова решил.
- Зачем? – всё также сжав зубы говорил я.
- Не знаю, сказал, что хочет, чтобы мы пришли, - поникшим голосом сказала мама, из-за чего у меня снова сжалось сердце.
Он изменял маме с её «лучшей» подругой, когда они ещё были женаты. И когда она забеременела от него, он решил уйти к ней. Я пытался простить его, но у меня не получается, потому что он очень подло поступил по отношению к маме.
- Ты же не пойдёшь?
- Мы пойдём, - отрезала мама, из-за чего мои руки сжались в кулаки.
- Нет.
- Да. Саймон, нельзя ненавидеть, и тем более избегать.
- Я не избегаю, - сдерживая себя изо всех сил сказал я.
- Избегаешь, и это тебя делает слабым, - я перевёл свой прожигающий взгляд на окно, и пытался переварить всё то что сказала мама.
Она права, я должен быть на этом чертовом ужине. Или же покажу себя как обиженного мальчика. Я покажу ему, что для меня не существует отца.
- Хорошо, мы пойдём, - выровняв плечи, я поправил рукава белой рубашки.
- Можешь взять с собой свою девушку, - э не, ей там делать точно нечего.
- Пожалуй воздержусь.
- Как хочешь, - после её слов открылась дверь палаты, и вошла медсестра с тележкой.
- Здравствуйте, - улыбнувшись поздоровалась кареглазая.
- Добрый день, - ответил я, но без улыбки, хорошее настроение исчезло после таких новостей.
- Время ланча, - уже переведя взгляд на маму сказала медсестра.
- Ты кушай, а я схожу к доктору, - став со стула, я ещё раз бросил взгляд в сторону мамы, и вышел из палаты.
Пройдя в другой конец коридора, я постучал в дверь кабинета доктора Хилла, и почти сразу услышал разрешение.
- Добрый день, доктор Хилл, - зайдя в кабинет поздоровался я и сел на стул напротив него.
- Здравствуйте, Саймон! – сняв свой медицинский головной убор, он поправил свои уже наполовину седые волосы.
- Я заходил к маме, она уже чувствует себя лучше и сказала, что вы сможете её выписать послезавтра, - пересказав мамины слова, я поправил воротник рубашки.
- Да, всё так и есть. Вот только последнее обследование показало, что у неё увеличился сосуд в области лба. Ей запрещено нервничать и получать какой-либо стресс. Если она всё же будет нервничать, то он будет увеличатся всё больше и больше. И в один из таких дней её сердце остановится, - слова доктора, ввели меня в ступор.
- Но, если она всегда будет в спокойствие, то ей ничего угрожать не будет, правильно?