– Центр, это Фенрир. Медведи смотрят на… на ангелов. Очень активно. Прием.
– Фенрир, вас понял, – Морок отреагировал мгновенно: – Центр – Цепным псам. Фокус на ангелов. Проверка температуры, оружия и контроль поведения. Прием.
– Центр, это Шаман. Датчики молчат. Подтверждаю повышенное внимание медведей к ангелам. Прием.
Еще четыре охранника из оцепления повторили слова Ильи.
– Центр, это Охотник. По-моему, они смотрят не НА ангелов. А ЗА них. Прием.
В эфире на несколько секунд повисла тишина. Солнце снова скрылось за крупным плотным облаком, лишив усадьбу яркого освещения.
Андрей уже давно знал, что его отец не допускал ошибок в работе и из раза в раз подтверждал свой позывной. Острота его зрения не снижалась с годами, а умение вычислить в толпе нужные объекты не поддавалось простому пониманию…
– Центр, это Фенрир. За ангелами следуют айсберги в сопровождении двух косаток и кита. Прием.
Несколько раз быстро сменив режим на очках, Андрей внимательно пригляделся к немцам, их наемникам и начальнику охраны, который почему-то сам сопровождал канцлера и его супругу.
– Фенрир, докладывайте. У вас лучший обзор. Прием.
Не веря своим глазам, тот продолжил насиловать настройки очков.
– Э… Центр, это Фенрир. Температура кита 37,8. Точнее – его головы. Тело не просматривается, но… Кажется…
– Фенрир, резче!
– На нем бронежилет. Композитный! Синий цвет! Повторяю, синий цвет! Прием.
– Центр всем агентам! Подтвердить синий цвет на ките!
В этот момент туча освободила солнце, и Андрей чуть не чертыхнулся. Синий сигнал пропал.
«Блядство! Вот оно как работает! На солнце нет реакции!»
– Центр, это Шаман. Подтверждаю только повышенную температуру.
– Центр, это Водолей. Подтверждаю только температуру. Режим определения композитных материалов на приборах тестовый. Велика вероятность ошибки. Прием.
– Центр, это Фенрир! Синий сигнал пропал при появлении прямых солнечных лучей! Будет тень – сработает режим!
Лея на секунду повернулась назад и присмотрелась к Андрею. Тот быстро подмигнул ей и снова вытянул шею, чтобы внимательнее осмотреть немецкую делегацию.
– Не вижу смысла для паники. Композитный бронежилет – это не взрывчатка. А кит не косатка, – проговорил Герман.
– Центр, от айсбергов до Олимпа сорок пять метров, прием. Жду распоряжений, – Андрей, игнорируя доводы Водолея, обратился напрямую к Мороку.
– Синий сигнал никем не подтвержден.
«Да какого лешего?!.»
– Всем агентам: сохранять спокойствие и фокус. При обнаружении синего сигнала немедленно дать знать! Конец связи, – Денис умолк.
Андрей с надеждой посмотрел на небо. Но следом за тучей бежали лишь полупрозрачные облачка, не препятствующие солнечным лучам.
К Поталину наконец-то приблизился пузатый Энтони О'Коннелл. Его рыжие волосы забавно колыхались на ветру. Он звучно поприветствовал российского президента, гортанно расхохотавшись над собственной шуткой. Марта О'Коннелл покрылась румянцем и тепло поздоровалась с Леей.
Процессия плавно продвигалась, а Фенрир мысленно подгонял плотное облако.
– Центр, это Фенрир. Ни на что не намекаю, но температура головы кита уже 38 градусов. Прием.
– Шаман, подтверждаю.
– Охотник, подтверждаю.
– Водолей, подтверждаю. Но вы же не думаете, что это повод для задержания?
– Центр, это Сатир. Возможна вирусная инфекция. Прием.
Андрей глянул на внезапно прервавшего молчание Константина.
– Вирусная инфекция? – переспросил Денис.
– Стремительное повышение температуры. Ранение или вирус.
Британский премьер-министр с женой прошли в сторону входа. Американский президент закончил диалог с российским премьером и шагнул в сторону Поталина.
– Центр, от айсбергов до Олимпа менее тридцати метров. Прием.
– Не разводите панику! – рявкнул Герман. – Излишняя поспешность – и одна ошибка станет поводом для международного скандала! Повторяю, кит не косатка! Он пятнадцать лет на должности!
– Не ослаблять контроль, – спокойно ответил Морок.
– Центр, это Фенрир. Сейчас нас снова накроет тень.
Через несколько секунд солнце скрылось за облаком, и Андрей абсолютно явственно увидел синее свечение на теле начальника немецкой охраны.