Возможно, теперь она была бы довольна, но уже сам Саид, проанализировав свой опыт, не спешил начинать новые отношения и уж тем более пытаться вернуть прежние. Его привлекали жизнерадостные искренние девушки, не зацикленные в каждом вопросе на материальных выгодах. Он продолжал верить в настоящие чувства, ради которых готов был пахать, но не выслушивать вечные претензии.
– Где именно вас ждет ваш спутник?
– Э… На пересечении с Большой Дмитровкой. Припаркуйтесь, где вам удобнее.
– Хорошо.
Столичные дороги были непривычно свободны. Из-за комендантского часа и напряженной обстановки многие компании перешли на удаленный график работы, школы – на онлайн-обучение вплоть до осенних каникул, а въезд в город строго контролировался.
Саид без особых пробок добрался до центра меньше чем за час, свернул с Тверской в нужный переулок и припарковался метрах в пятидесяти от перекрестка.
– Виктория, не забудьте, в девять вечера вам уже нужно быть дома, чтобы я успел вернуться в Москву до десяти.
– Да-да. Мы просто поужинаем, я вас не задержу.
Через несколько минут к автомобилю подошел улыбчивый блондин, одетый, по мнению Саида, как главная жертва современной дикой моды. Парень присел сзади за водителем, не посчитал нужным поздороваться, зато сразу по-хозяйски звонко чмокнул Викторию в щеку и затараторил о каких-то своих делах, не давая ей вставить больше одного-двух слов.
Морось уступила место солнцу, и Трюкач нацепил на нос поляризационные очки, чтобы не щуриться от бликов влажного асфальта. Вернувшись на Тверскую, он ловко покружил по старым улочкам и через четверть часа остановился перед рестораном.
– Приехали. В восемь вечера стартуем обратно.
Блондин открыл было рот, чтобы возмутиться выставленным условиям, но Вика мягко одернула его, напомнив об ограничениях. Тот в итоге недовольно цокнул языком и вышел из машины. Саид тоже выбрался наружу и открыл дверь для девушки, пока ее парень уже трещал с кем-то по телефону.
– Саид, если хотите, вы можете заказать что-то с собой на вынос. Я оплачу.
Тот откашлялся и отрицательно покачал головой:
– Спасибо, я не голоден.
– Возьмите хотя бы бутылку воды в баре. Часа два мы тут точно пробудем…
– У меня все есть, не беспокойтесь.
– Хорошо… – Вика мило улыбнулась и пошла вслед за своим парнем.
«Что за придурок? Даже дверь ей не придержал… За что в таких влюбляются? Ведет себя, как будто она не человек, а модная побрякушка… Ладно… Это меня не касается. Их жизнь, их выбор!»
Саид сел за руль, достал из бардачка бутылку минералки, сделал пару глотков и немного сдвинул сиденье назад, чтобы вытянуть ноги. По инструкции он, даже находясь в машине, обязан был следить за обстановкой и присматриваться ко всем, кто входил в ресторан.
Разглядывать людей он любил с детства. На их лицах легко читались эмоции, настроение, даже черты характера. Трюкач понятия не имел, от кого ему достался такой «дар», но лет с шести он почти никогда не ошибался в людях. С другой стороны, слишком часто надеялся на их совесть, давал подставлявшим его друзьям и меркантильным девушкам шансы, даже когда те этого явно не заслуживали. Но с возрастом пришел к выводу, что быть таким наивным нет смысла. И потихоньку закрылся.
И все же что-то толкнуло его помочь Давыдову-младшему. Возможно, вселенная заметила его потуги в обретении финансового благополучия, или он сам подсознательно тянулся к тем, кем хотел бы стать, но не решался попробовать.
Первый час ожидания пролетел быстро. А вот второй пополз со скоростью сонной улитки. Саид то и дело зевал. В итоге решил открыть окно и надышаться городским воздухом. Мимо него проносились дорогие автомобили, полицейские патрули, скорые с сиренами, пассажирский транспорт. Трюкач плавно проваливался в какие-то бессвязные мысли, но внезапно выпрямился, заметив, как из ресторана стремительно вылетел блондин. Виктории рядом не было. Парень в одиночку уселся в подъехавшее желтое такси, которое мгновенно тронулось с места.
– Не понял… – Саид был на сто процентов уверен, что девушка не выходила из «Аиста».
Он выскочил из «БМВ» и быстрым шагом приблизился ко входу, но Вика в этот момент показалась в стеклянных дверях, поэтому он успел лишь открыть их для нее.