«Стойте… сперва я не видел Цубы, но… как только я прочувствовал эту ауру, передо мной, словно из воздуха, появились они… Может ли быть, только становясь сильнее я могу увидеть невидимое?» — Куро отличался своей быстрой сообразительностью, поняв всю суть этого места. Посмотрев на свои два клинка, а точнее на Цубы этих мечей, то он понял, что они фальшивка. От них не исходила эта божественная аура, но на Цубах, что лежали возле пьедестала, исходила плотно давящая аура.
Осторожно подняв Цубы, помня, что произошло в прошлый раз, Куро быстро поставил их на мечи, а фальшивки запечатал в печать на ладони. Хотя они ничего не представляли, но он не должен смотреть на такие древние вещи сверху вниз.
— Чт… кх… — как только Куро установил Цубы на их законное место, то его две ладони, что держали два меча, были пронизаны иглами. Он не знал, откуда они появились, но из его тела стали выкачивать кровь невероятно быстрым темпом. Справившись со своим шоком, Куро воспользовался Восстановлением и стал восстанавливать кровь в том же соотношении, с каким она убывала.
Полчаса спустя.
— Невероятно… Подумать только, что вы столько выпьете… — проговорил Куро с раздражением. Хотя он не устал из-за больших запасов чакры, но он почувствовал моральное опустошение. — Надо убираться отсюда…
Повернувшись назад, ведь в комнате больше ничего не было, он пошёл на выход. Как только он снова оказался в усыпальнице, два гроба, что стояли параллельно друг другу, задрожали и остановились. Куро с опаской осмотрелся и, больше не думая здесь оставаться, побежал на выход.
Он понимал, что в той комнате может лежать что-то ещё, но не видел это. Куро списал это на то, что он слаб и пока не сможет раскрыть загадку этой гробницы.
Запечатав мечи, Куро удовлетворительно кивнул. Он теперь ощущал от мечей поистине настоящую силу. Думая над этим, он приходил в восторг, а улыбка сама лезла на его лицо.
Выйдя из врат, они задрожали и опустились в землю. Куро осмотрел окружение восприятием, но он больше не увидел размытости в этой области.
Решив двигаться дальше, Куро запрыгнул на ветку и попрыгал в сторону Страны Земли.
«Но… почему гробница появилась вновь…?»
Глава 57 — Экстра — Конан (18+)
— Башня Акацуки —
— Орочимару! Вставай…!
По комнате, что не была больших размеров, но очень уютной и удобной, раздался нежный и приятный женский голосок. Стоя возле единственной кровати, синеволосая девушка с белоснежной, словно снег, кожей и внешностью, что могла позавидовать большая часть женского пола, пыталась разбудить спящего мужчину.
Конан наклонилась и, коснувшись рукой груди Орочимару, покраснела, но трогать его не перестала. Её дыхание слегка участилось, а взор покрыла пелена воспоминаний. Каждый раз, когда девушка смотрела на этого раздражающего всех парня, в её голове всплывали некоторые воспоминания за эти последние несколько лет.
Она ещё помнила, как Орочимару пришёл впервые, напросившись к ним в Акацуки. Как она сражалась с ним, чтобы его проверить, как она впервые пошла с ним на миссию…
Всё это Конан отчётливо помнила, ведь её особенностью была практически идеальная память, благодаря чему она была талантливее тех же Яхико и Нагато. Но она не старалась быть сильнее них и всегда сдерживала темп своего развития, чтобы не защемлять гордость парней.
В первое время девушка думала, а точнее даже была уверена, что ей не понравится Орочимару, что из слухов проводил опыты над детьми, но время шло и ей стало казаться, что те слухи были просто выдумкой.
Спустя год пребывания в одной организации, Конан поняла, что сблизилась с Орочимару до уровня друзья, на что она даже не рассчитывала. Спустя ещё полгода она решилась рассказать ему о своём прошлом и поделиться тем, о чём она давно переживала и никогда никому не говорила, даже Яхико и Нагато.
В прошлом, когда их, сирот, нашёл Джирайя-сенсей, они втроём стали его учениками и начали тренироваться. Конан всегда поддерживала Яхико, поэтому следовала всему, что он скажет. Смотря на спину человека, к которому она может быть, даже испытывала влюбленность, Конан была готова на всё, что он пожелает. Она сама не может вспомнить те чувства, что испытывала к Яхико. Была ли это любовь или благодарность за то, что он вытащил её из Ада? Она сама не знала ответа.