— Мэн-кун, можешь идти. — не открывая глаз, сказал Хакуджа Сэннин. Его голос имел нежный мужской тон.
Мэнда больше ничего не говоря, покинул помещение. Его глаза выражали благоговение и почитание, словно перед ним сидел сам Бог.
— Ты, Куро, так?
Спустя пару минут молчания, спросил Хакуджа Сэннин, открыв глаза и посмотрев на Куро нечитаемым взглядом.
Куро чувствовал себя перед этой белой змеёй, словно он ребёнок перед старцем, повидавший многое на своей жизни. Это чувство ему не нравилось, но он ничего не мог с этим сделать.
— Да. — Куро кивнул, сложив кулаки в знак уважения. Хотя он не намерен благословлять Белого Змея и относиться к нему, словно он раб, но проявить неподдельное уважение он был обязан. Он понимал, что перед ним лежит мудрейшее существо.
«…я даже не уверен, способен ли я убить его своей силой…» — промелькнула опасная мысль в голове Куро, из-за чего он стал ещё более нервным.
— Только одно название?
Не смотря на странный вопрос змея, Куро понял его и ответил.
— Своё настоящее имя я не помню… это псевдоним.
— Хм… интересссно~ — с характерным шипящим звуком змеи, промолвил Хакуджа Сэннин.
— …в чем же ваш интерес?
— …такое же чувство дал мне «тот» человек… хотя человеком назвать его можно только с натяжкой. — на лице Мудреца появилась улыбка, а его взгляд показывал, что он глубоко что-то вспоминал. Когда его взгляд перешёл на дочь, в глазах змеи показалась нежность и забота. — Ты стала ещё сильнее, дочь моя.
— Да, отец. — ответила Ни, показав не высокомерный, но гордый взгляд в ответ.
«…тот… кто это тот?» — Куро не было дела до разговора отца и дочери. Он раздумывал над словами Мудреца, но не имел понятия, о ком он говорил. А видя его отношение, то есть, как он прервал разговор между ними и перешёл на свою дочь, это доказывает, что Хакуджа Сэннин не будет говорить больше, чем это.
Некоторое время спустя, Хакуджа Сэннин снова обратился к Куро.
— Человек, тебе нужна сила пространства?
— Отец!? — Куро не понял, но Ни почему-то воскликнула после вопроса своего отца.
— Тихо, Ни.
— …да, отец.
Куро сощурил глаза, и уже было догадался о намерении Белого змея, но сила пространства сильно его манила.
«Если совместить пространство с фуином… то…» — в голове Куро промелькнуло множество идей, которые могут взбудоражить весь мир.
— Да. — коротко ответил он. Куро не особо любил говорить много слов за один раз, поэтому его ответы были максимально урезаны.
— Хорошо. — кивнул Хакуджа Сэннин и снова прикрыл глаза. — Тогда заключи контракт с моей дочерью. Она единственная, кто может дать тебе силу пространства из-за её родословной, что досталась ей от матери…
Глава 34
— Спустя десять дней —
— Цунаде, не печалься… Ты сделала всё, что могла… — сидя на земле рядом со светловолосой девушкой, которая уткнулась лицом в свои колени, Джирайя пытался её утешить. — Кто знал, что это засада и Дан… умрёт вот так…
Как и сказал Джирайя, пару часов назад закончилась последняя жестокая битва между шиноби Дождя и Конохи. Среди противников был и их предводитель, кто устроил весь этот цирк, Ханзо. Он имел силу даже большую, чем у Сэннина, но Цунаде и Джирайе удалось победить того и заставить Ханзо сбежать.
Но это столкновение не ушло бесследно и для шиноби Конохи. От двухсот человек, теперь осталось около пятидесяти. Двадцать — раненых и тридцать — боеспособных.
— …Джирайя… если бы я использовала эту печать раньше… — пробормотала Цунаде, вспоминая не лёгкую победу над Ханзо. Только благодаря Фуин печати, что дал ей Куро, она смогла восстановить весь свой резерв и превысить свой предел на короткое время, что позволило серьёзно ранить противника.
Девушка чувствовала вину перед Даном. Тот был слишком похож на Наваки, что был её младшим братом. Не будь у неё Куро, то она точно бы пошла за таким человеком, признавала она. Цунаде росла в обстановке, что все считали её принцессой или гением, что сильно повлияло на её характер. Только малое количество человек относилось к ней, как к настоящему другу. И Наваки был среди них, поэтому девушка неосознанно стала искать мужчину, что мыслил и смотрел на мир так же, как и её младший брат.