Я обвел взглядом весь храмовый комплекс, и смог дотянуться восприятием восточнее… А вот туда, со стороны откуда бежал от девчонки не ощущал ничего.
– Странно.
Одними губами прошептал я. И тут со стороны леса и дороги разнесся гневный крик-писк:
– Буууукееетииик! Да как ты посмел меня придушить!
Я видел, как стремительно к храму приближается это полосатое нечто. Я начал собирать из нитей молний себе клинок, без него я себя совершенно не ощущал уверенно.
Но дойдя до края мощеной дороги, эта вздорная остановилась и буквально зашипела, да так, что я практически перестал ее понимать, прилагая немалые усилия, на интерпретацию ее слов:
– Мелкий кс корессшок, как ты туда проникс? Слысшишшшшь меня!? Быссстро впуссти!
И она начала, словно кошка, барражировать недалеко от входа, издавая странные пищащие звуки, пока не бросилась во вход. На что я рефлекторно, атаковал ее волей.
Но чуть раньше, чем моя атака дошла до нее, увидел, как девчонка не смогла преодолеть что-то, о что разбилась и моя атака. Я видел некое подобие прозрачной стены, в которую ломилась девочка, и по которой же расходились канаты мощнейшей доступной мне молнии.
Все стало еще запутанней. А за границей храма, что-то поменялось. Девочка больше не билась о вход в храм, а удерживаемая за «шкирку» из одежды, безумно похожая на маленького котенка, говорила с чуть седым высоким мужчиной.
– Ну, дедушка, я тебя клянусь, цветочный прошел туда, ну посмотри ты на следы!
Глаза мужчины, слегка засветились, а после весь храм затрясся! Он ударил левой рукой прямо в середину арочного прохода. Медленно продавливая, ставший видимым барьер. Я начал слышать, как рвутся тонкие струны, удерживающие это место взаперти.
Мелодичные и очень печальные разрывы далеко не инструментальных струн, заставили сердце остановиться. Но я даже испугаться полноценно не успел, как картина за «окном» снова сменилась.
Мужчина принял удар Мастера на руку! С нее капала кровь, но Мастер не рассек его надвое, хотя тот даже не использовал чакру! Но первый вывод был ложным.
– Ашма, выйди.
Уверенным голосом позвал Сенсей.
Сделав легкую дыхательную технику накачивая легкие искрами Неба, вышел с территории храма.
– Харон, знакомься, мой ученик Ашма.
Я очееень удивился обращению Учителя к этому мужчине, без такого привычного кун или юный…
Мужчина передо мной с любопытством рассматривал меня, из-за него выглядывала любопытная девчонка, встретившись со мной взглядом, показала язык, и спряталась за мужчиной, который начал говорить. Голос у него был глубокий, слегка рычащий, вибрирующий.
– Странный он, что это у него за энергетика, не удивлен, что Ассоль перепутала его с адептами фрукта. Часть его энергетической структуры очень похожа, на то, что есть у них, но бледное какое-то не плотное, недоразвитое. Да и сама энергия…
Он втянул ноздрями воздух, сильно втянул. У меня аж волосы растрепало, а с дороги поднялась пыль.
– Да, а сама энергия, разбавленная.
Учитель на все это утвердительно кивал, а во мне поднималась обида, вперемешку со злостью! Ведь, он говорил, что я сильный, и тд. Учитель заговорил:
– Ну а что ты хочешь, нам доступны лишь ошметки ваших благ.
Вот энергетика и страдает, но ты же знаешь, я всегда считал, что все эти пути несколько ущербны для воинов…
Харон улыбнулся, и рассмеялся, да так, что все мурашки на моем теле дружно решили скоропостижно умереть прямо на месте, даже не пробуя куда-то убегать. Ну и зубки у него, да и смешок… соответствующий. Такое ощущение, что даже землю подо мной тряхнуло.
На все это, Сенсей не среагировал никак. А отсмеявшись, Харон сан, решил прибавлять я уважительный суффикс к его имени, даже в мыслях, уже без улыбки заговорил.
– Старик, ты похоже окончательно вышел из ума. Если твой путь так хорош, то почему твой вид сидит запертый на кучке островов. Почему ты последний из живых адептов Воли, находишь себе ученика, с присутствием наших «паразитных» и не эффективных способностей. Да еще и таких… жалких.
Я сжимал кулаки, и переводил взгляд с Учителя на Харона сана. Ожидая хоть какой-то реакции. Мастер плавно перешел в ваки-но-камаэ(нижнюю боковую позицию) для атаки. А Харон сан даже не шевельнулся, но по глазам было видно, что он не доволен. Учитель был зол.
– Котенок, кажется, ты забылся, ты даже не лидер дома тигров, что бы говорить со мной на равных. Я пощадил твою руку, но, похоже, я слишком размяк на старости лет.