— Кучиёсе но Дзюцу (Техника Призыва)! — оставшись без контроля, Минато времени не терял и на поле боя появился новый жаб с щитом и мечом, знакомый по Экзамену на Чунина и расплескавший не такого крупного в сравнении дракона одним ударом, — Хатосу-сан, трениновка, но действуй в полную силу!
Вот дерьмо! Похоже, блондинчик решил пойти ва-банк и обеспечить подавляющее преимущество в количестве с грубой силой, так как подобный манёвр оставил меньше десятой части резерва, не позволяя
— Ае, Мина-чан!
Все трое рванули к Линли, складывавшей длинную череду ручных печатей, мне отлично знакомых. Намиказе на этом не становился, на бегу выжимая остатки чакры:
— Кокуангьё но Дзюцу (Техника путешествия в черную тьму)!
Куноичи не замедлилась даже на миг, лишь проявилась и полыхнула ярким светом фуин на лбу — о мозгах родных я позаботился и поставил защиту в тот самый момент, когда стал на это способен и продолжал улучшать по сей день.
— Гориате но Коучикубутсу (Конструкт голиафа)!
Линли окуталась толстым слоем чакры в форме верхней части огромного самурая как раз к тому самому моменту, как враги приблизились, сравнившись размерами. Технику она изучила относительно недавно и пока не могла воплотить полноценную форму, тратила прилично чакры на поддержание и имела проблемы с контролем, исключая дальние атаки, но даже этого должно было хватить, чтобы разобраться с врагами… надеюсь.
Глава 58
Жабы ничуть не смутились изменением параметров Линли, что было ожидаемо для животных, точно тренировавшихся друг против друга и имевших опыт против противников разных размеров. На ходу перестроившись, чтобы чуть меньший Хатосу оказался со своим щитом впереди, а потрепанный и более крупный, обладавший превосходящей досягаемостью Гамашуса позади, показывая весьма хорошую командную работу, они налетели на куноичи и сходу обрушили несколько ударов с разных сторон, чтобы предельно затруднить оборону последней. Тем не менее, самурай преобразовал одно оружие в ростовой щит и под его прикрытием сперва парировал двуручный «меч», а потом и молниеносно выстрелил вперед, целя призыву на переднем крае в выдающееся пузо. Никто из сражавшихся не достиг успеха, но от столкновения оружия и щитов, звучавших как небольшие взрывы, содрогалась почва под ногами и поднимались клубы пыли в тех местах, что ещё оставались сухими на полигоне.
С закрепленным на местности конструктом, жена не сдавала ни пяди земли и вертелась волчком, чтобы не дать другой стороне дополнительного преимущества, даже умудряясь выращивать на пару мгновений из плеч самурая дополнительные руки для ударов сверху, когда приходилось сосредоточиться исключительно на защите. Не смотревший вверх жаб со щитом первый раз чуть не попался, отделавшись лишь глубокой царапиной над левым глазом, благодаря отменной реакции напарника, обратным ходом своего оружия, отбившего кинжал в руке новой конечности и после этого больше не допустивший повторной ошибки.
Их призыватель мудро держался позади, иногда метая кунаи с намотанными на рукоять кибакуфудами (Взрывная Печать) к основанию Гориате но Коучикубутсу, но большого эффекта это не давало, так как использованная подобным способом неподвижная техника уходила вниз метра на два, закрепляясь на местности словно бункер обороны. Только используя масштабные дотон ниндзюцу и сдвинув целый пласт, можно было добиться какого-то результата, но не с текущим запасом чакры парня. Допустим, Дотон: Йоми Нумa (Высвобождение земли: Адская трясина) или Дотон: Кайдо Шокутсу (Высвобождение земли: Открытие почвы, повышение раскопок) вполне подойдут в данном случае, вот только на первое остававшегося «топлива» вообще не хватит, а после второго джонин рухнет пластом, став легкой целью независимо от полученного результата. Именно поэтому игнорирование его усилий противницей весьма бесило Намиказе, бесило настолько, чтобы прекрасно читаться по выражению лица. Если в самом начале Минато еще держал марку, помня о весьма значительном количестве важных зрителей, то по мере развития боя, всё это отходило на задний план желанием получить победу.