Слегка ностальгически и удивленно напомнив себе о том, что в дополнение к перечисленному является еще и почти примерным семьянином, отцом одного маленького чуда и на подходе второе, Орочимару с уверенностью мог возложить вину за это к ногам коллеги. Раньше мысли о потомстве и не думали посещать голову джонина, но работая и общаясь с Рью-куном, нет-нет, да поминавшем семью и собственную дочь, её многочисленные успехи в учёбе вместе с личной ученицей заставляли задуматься о рано ушедших родителях и собственной семье. Затем размышления постепенно переросли в интерес исследователя — а что с помощью природы получится у меня? Возможность лично наблюдать и при необходимости даже кое-где слегка корректировать развитие плода для получения лучшего результата, тоже сыграла свою роль.
Пусть его больше интересовала научная работа и реализация многочисленных планов, но джонин оставался мужчиной во всех смыслах и мог оценить женскую привлекательность не только исключительно с эстетической стороны. В отличие от принцессы Сенджу змеиный саннин не настолько модифицировал собственный организм, чтобы остаться бесплодным — лишь притушил природные позывы очищая голову от ненужных мыслей и вернуть всё обратно было делом получаса работы. Найти подходящую по характеру женщину, что не станет требовать слишком много личного времени и не окажется угрозой с профессиональной точки зрения, оказалось проще простого. Спустя три года общения он мог признать, что даже начал испытывать какие-то теплые чувства к матери своего ребёнка, наслаждаясь этим полузабытым ощущением заботы и тепла из детства.
Вырывая из размышлений, острые чувства саннина позволили различить далекий хлопок двери и почти неразличимые шаги двух человек, что не пытались скрыть собственное присутствие. Повернувшись ко входу в зал, Орочимару через несколько мгновений ожидаемо увидел появившегося из коридора Нара в сопровождении собственного каге буншина, что дежурил в обычной лаборатории и должен был проводить гостя до нового места избегая лишнего внимания и наблюдения со стороны соответствующей службы Конохи. Незаметно покинуть пределы селения не так просто, но некоторые наиболее тайные отнорки Данзо до сих пор не прикрыли, а он парочку зарезервировал для себя, установив дополнительную защиту и прикрытие.
— Приветствую, Рью-кун, — расплывшись в искренней улыбке кивнул он шиноби и слегка театрально развел руками, охватывая окружающую обстановку, — добро пожаловать в моё основное место работы.
— Кто бы сомневался, что у Орочимару-сан окажется далеко не одна лаборатория, — понимающе усмехнулся аловолосый джонин, обменявшись кивками с хозяином и с интересом оглядываясь вокруг на тускло светившиеся на стенах печати, — причём, очень даже качественно сокрытая.
— Что поделаешь — в Конохе имеется слишком много любопытных обладателей додзюцу среди всех прочих и это необходимо учитывать, — пожал плечами саннин, давно привыкший выставлять на обозрение различных наблюдателей только относительно незначительные для него вещи или заказные проекты, убирая остальную работу подальше от жадных и завистливых взглядов.
Пусть со слежкой в последнее время стало намного легче, но это не повод терять бдительность — у Хирузена ещё оставались достаточно верных людей в Анбу, не упоминая кланы, да и сам старик стремился регулярно навещать любимого ученика, тратя впустую время и соблазняя финансированием исследований с целью привлечения к участию в политической борьбе. Как будто его заинтересует пара жалких миллионов рё при в разы больших доходах от бывшего бизнеса Анбу Не в дополнение к финансированию от Нара! Вновь вставать на скользкую дорожку чужих интересов Орочимару вовсе не собирался.
— Это да, вопрос о приватности в Конохе куда более важен чем у наших соседей, — с усмешкой согласился юный джонин, — но мне в этом плане проще.