Некоторые из них оказались слишком опытными в заметании следов, и парень в какой-то момент просто терял след и был вынужден начать розыски нового кандидата. Что не добавляло ему благодушия. Еще и туманники оказывались весьма строптивыми личностями, но представляли собой куда более интересных противников, нежели однообразные клоны или выходцы из Ивагакуре, так что Учиха не слишком переживал за следовавшие одна за одной неудачи на поприще дипломатии — благодаря развитому шарингану, его библиотека ниндзюцу быстро пополнялась, а некоторые из нукенинов весьма неплохо владели классическим мечом.
— Ты кто такой, наглец? — подозрительно прищурившись, покрытый шрамами джонин извлёк из заспинных ножен танто.
— Не отслеживаешь обновления Книги Розыска? — недовольно фыркнул Учиха и швырнул возможному кандидату упомянутую книжку в тонком переплёте, — Тридцать восьмая страница.
Деятельность против камнезадых ублюдков принесла закономерные результаты и теперь за его голову давали неплохую награду, включив в список угроз А-ранга. С самого конца к вящему недовольству горделивого парня, но даже подобная известность играла на руку при общении с отбросами.
Отойдя на несколько шагов назад, нукенин притянул нитями чакры упавшую на землю Бинго Бук и с не выпуская из поля зрения фигуру в черном балахоне и белой маске, быстро пролистал к названной странице.
— Безымянный шиноби? — скептически приподнял бровь шиноби и отшвырнул бумажное изделие в сторону, покрепче сжав рукоять меча, — Для не получившего нормального прозвища новичка, пусть и выбившегося в задворки А-ранга, ты слишком надменен, к тому же каменезадые всегда полагались на количество, а не качество и их оценка мало когда верна.
— Не мусору из Б-ранга мне об этом говорить! — оскорбился Учиха и словно про себя добавил, понизив голос, — Похоже, тупоголовые идиоты из Киригакуре понимают только язык силы.
Пусть говорящие прозвища давали только действительно отличившимся ниндзя и безымянных анкет среди разыскиваемых хватало, он был на сто процентов уверен, что проклятые ивовцы специально отказались придумывать звучное прозвище за причиненные хлопоты.
— Ха-ха, в этом мире имеет значение только личная сила и ничего больше, — издал пару коротких смешков и демонстрируя треугольные зубы в подражание владельцам Великих Мечей, кровожадно оскалился нукенин, — никто не станет даже выслушивать слабака, не говоря уж о подчинении!
— Ну что ж, я заставлю воспринимать собственные слова всерьёз, — пожал плечами парень, только этого и ждавший.
По крайней мере этот туманник не сразу бросился в атаку как все прошлые кандидаты, а предпочел сперва разогнать очаг во время болтовни, выудить немного информации и уже затем доводить дело до открытого конфликта, продемонстрировав наличие мозгов с некоторой осторожностью тем, что представил это как проверку и оставил для себя путь к отступлению при неблагоприятном развитии событий. Обрадованный перспективой заполучить здравомыслящего подчиненного, Учиха даже решил не карать шиноби слишком сильно за нанесённое оскорбление.
Бывший ниндзя Киригакуре не стал дожидаться, пока противник нанесёт первый удар и стремительно бросился вперед, оказавшись рядом с обладателем маски быстрее, чем способен уследить обычный взгляд и нанеся несколько мощных последовательных уколов, направленных в уязвимые точки любого человека — шею, живот и пах. Несмотря на участие в войне и последующее стремительно бегство, Отаро Касу успел восстановиться за прошедшие дни до пиковых кондиций и намеревался показать, почему его причисляли в узких кругах к возможным кандидатам на владение Великим Мечом Киба до момента утери последнего.
Немного удивившись на продемонстрированную скорость туманника, чья страница в Книге Розыска показывала относительно сильного бойца, но не демонстрировавшего что-то неординарное как несколько похожих человек до него, Учиха лишь ухмыльнулся возможности проверить собственные навыки против достойного противника. Для шарингана нукенин двигался вовсе не так быстро, как хотелось бы и молниеносные уколы оказались парированы или отбиты с громким лязгом металла о металл извлеченным из рукава кунаем, а затем уже он контратаковал, пнув врага по колену чуть выставленной вперед ноги и одновременно нанося удар кончиком оружия прямо напротив сердца в защищённую лишь тонкой тканью одежды грудь.