Оно в который раз с жалостью осматривал своего любимца, пострадавшего от сил стихии — даже наглухо закрытые броне крышками иллюминаторы в корпусе пошли трещинами или вовсе выбиты погнутым ударами волн металлом, некоторые листы надстройки оказались почти отодраны и держались лишь на нескольких заклепках, одна труба погнута так, что выправить ее можно только в ремонтном доке, если не проще заменить на новую, а обе палубы смотрелись пусто без спасательных шлюпок и небольшого катера, унесенных прямо с выдранными креплениями, не говоря уж по всякую мелочь. Внутри ситуация была не лучше — около десятка небольших протечек, треснувший от крайнего напряжения второй котел двигателя, начавший стучать главный вал и слегка погнутые лопасти винта. Если бы не крайне надежная конструкция корпуса и всех машин, то Стремительный вполне мог пойти на дно не преодолев и половины необходимого расстояния. Страшно подумать, что делает стихия с парусниками, ранее предпринимавшими попытку преодолеть смертоносную преграду.
Обратный путь оказался еще более трудным из-за не самого лучшего состояния корабля и новые поломки не добавляли резвости, но прорваться под чистое небо всё же удалось. Целая неделя ушла на устранение большей части последствий, с которыми двигаться дальше отважится только самоубийца, но даже так скорость хода составляла едва ли треть от максимальной, и главный механик клялся, что при превышении можно не рассчитывать доползти даже до ближайшего дружественного островного порта, не упоминая про материк. Несмотря на грызшее нетерпение и уменьшавшиеся запасы еды, Оно внял голосу разума, да и людям требовался отдых.
Экипаж тоже пострадал — откровенно смертоносная погода в Барьере Бурь унесла жизни сразу пяти матросов и нанесла травмы еще семи, не считая обжегшихся паром в машинном отделении. Тем не менее, капитал считал это вполне приемлемой платой — каждый из членов экипажа был осведомлен о огромных шансах оказаться на дне морском или просто не вернуться домой и вызвался добровольцем, заранее оценив все риски вместе с огромной платой до отправки и после возвращения — за бесценную информацию о новых землях для Империи и возможность расширить земли без тяжести разрушительных военных действий против вовсе не слабых соседей. Аборигенов как противников он вообще не воспринимал всерьёз, ведь даже без крупных орудий и особых дивизий, простой огнестрел обеспечит колоссальное преимущество против того убожества, что местные считают за оружие.
— Капитан, земля по курсу, — свесившись из раскуроченного наблюдательного поста, кое-как подлатанного на скорую руку, прокричал юнга.
Остров Нигисава, где располагалась военно-морская база империи и базировался небольшой флот, гонявший пиратов в северной акватории. Впрочем, не это волновало капитана, а ремонтный док и телеграф, с помощью которого можно было передать сообщение в столицу — продолжать дальнейший путь самостоятельно не имело смысла, а вот указом свыше вполне можно реквизировать свободный корабль и доставить ценнейшую информацию намного быстрее, не говоря о том, что никто из завистников не сможет устроить «случайность», когда Император держит ситуацию на контроле. Дайтаро уже почти слышал парадную музыку в свою честь, награды, повышение и слава человека, выполнившего невозможное!
Глава 36
Перечитав явно не в первый раз и положив мой отчет по злосчастной дипломатической миссии на стол к остальным от других участников, Сакумо устало вздохнул и потер глаза. По его виду можно было понять, что целая череда следующих друг за другом кризисных событий оставила свой отпечаток даже на очень выносливом организме элитного шиноби.