Стабилизация новой кейракукей и дополнительных каналов прошла у младенца почти идеально — источник ещё не вырабатывал достаточного количества чакры, чтобы повредить напором даже тончайшие стенки, как это бывало не раз у взрослых пациентов без применения подавляющих печатей — и мне пришлось править всего несколько огрехов, а с остальным справился сам организм, на натуральном питании пошедший развиваться в ускоренном темпе, благодаря наследию крови Узумаки. С набором необходимого количества молока лабораторному клону пришлось немного повозиться, но когда имеется возможность стимулировать в теле любые процессы и реакции, вопрос только в затраченном времени. Как раз пригодилась часть пленниц, до этого момента годами бесполезно занимавших место в тюремном свитке и про которых уже подзабыл.
Сам очнувшийся клон почти никаких хлопот — всё же физиологию никуда не деть при всём желании — не доставлял, в отличие от обычных детей в этом возрасте, в основном пытаясь шевелиться для ускоренного развития двигательного аппарата и моторики, издавать тихие звуки и иногда угукать. Разговаривать с ним пока не имело смысла, так как слишком ранняя стадия, не позволявшая полноценно мыслить, даже если процесс завязан в некоторой части на чакру, не говоря о способности правильно интерпретировать информацию с органов чувств, да и не требовалось пока. Его задача — расти и активно развиваться, создавая задел на будущее.
Модифицированный по необходимым параметрам комплекс печатей я с огромными усилиями смог перенести на большой свиток чакропроводящей бумаги и Хироши требовалось только поместить младенца в самый центр фуин и запустить процесс, чтобы нанести Таначи но Зентай уже после переноса биджу в нового носителя. Вместе с запечатанным младенцем — весьма существенный груз для помещения внутрь теневого шпиона, но затраченная треть резерва должна обеспечить гарантию безопасной доставки.
Глава 51
Эпопея с псевдо джинчурики удачно завершилась и в ближайшее десятилетие — в идеальном мире — не должна доставить беспокойства, а вот остававшийся у меня под домом ивовец со своим постояльцем напрягали довольно сильно. Не в плане обнаружения кем-то со стороны — вся подземная часть надёжно прикрыта от сенсоров и додзюцу Хьюга — а в плане безопасности. Всё же долгое содержание в плену носителя биджу несёт нешуточные риски и достаточно лишь одной единственной ошибки, чтобы пострадали окружающие, ведь несмотря на довольно серьезную защиту, она вовсе не рассчитана на удержание внутри буйствующего хвостатого зверя.
Естественно, прежде следовало подготовить соответствующий комплекс фуиндзюцу на одной из баз, вытащивший бы Йонби без излишних повреждений шиноби, так как на его тело у меня имелись планы. Воплощение шло уже некоторое время, а после помещения четвертого хвоста в Химавари, пришлось лишь ускориться. Серия бессонных ночей накапливала усталость, но безопасность семьи меня волновала больше, так что в спальню с женами по вечерам отправлялся усиленный клон, а я с ещё парочкой усиленно работал до самого утра, комбинируя подходящие блоки и отчаянно жалея, что не запомнил хотя бы часть фуиндзюцу из подвала Мито-чан — если уж Девятихвостого Лиса в полной силе с помощью них удалось скрутить, то Сон Гоку и пикнуть не сумеет.
Тем не менее, с поставленной задачей я справился успешно и лично проконтролировав перенос комплекса на материальный носитель, поручил каге буншин дальнейшее тестирование, на следующий же вечер отправился за ивовцем, стремясь как можно скорее избавиться от рискованного элемента.
— Босс, пост сдал, — шутливо козырнул клон, отходя в сторону от двери и пропуская в камеру.
Кивнув, я внимательно осмотрел скованного внушительными цепями джинчурики Ивагакуре но Сато и покачал головой — после питания исключительно внутривенно и проведенного во сне длительного заточения, мужик выглядел не очень и значительно похудел, хотя нет никаких сомнений, что это только внешне, а внутренне, крохи чакры Йонби поддерживали боеспособность и даже малейшая небрежность с моей стороны позволит ему вырваться из плена с огромными сопутствующими разрушениями. Допускать подобного я не собирался, так что сперва осмотрел державшее в грёзах фуиндзюцу на черепе Роуши, к этому моменту, восстановившему часть буйной гривы и лишь после проверки принялся деактивировать остальные охранные фуин, не только выкачивавшие излишки чакры из кейракукей, чтобы предотвратить накопление больше, чем требовалось для жизни, но и физическое движение.
Шлепнув Кенсей Фуин (Сдерживающая Печать) на затылок пленника и быстро отсоединив цепи от креплений в стенах, я взвалил неподвижное тело в арестантской робе на плечо и потащил к плите перемещения, предварительно под завязку накачанной чакрой в дополнение к подключению местного накопителя. По всем расчётам, перебрасывание опустошенного джинчурики с сильно ослабленным четыреххвостым внутри не должно было создать проблем, но лишняя предусмотрительность еще никому не повредила — после приложенных усилий остаться в живых, будет жутко обидно оказаться расщепленным на атомы из-за недостаточного питания.
Символы под ногами зажглись и привычное ощущение переноса немного растянулось, заставив внутри всё сжаться, но в следующий момент вокруг возникла знакомая комната расположенной в Стране Демонов базы, и я тяжело выдохнул, ощущая, как ускорился пульс. Прибыл благополучно.
— Босс, комплекс практические испытания прошел успешно и под увеличенной нагрузкой функционирует стабильно, — поприветствовал меня лабораторный каге буншин, занимавшийся подготовкой.
— Зафиксируй джинчурики и будем начинать, — швырнул ему опутанное цепями тело, после чего втянул носом воздух над плечом и добавил, — как только сменю майку и вымою руки.
Несмотря на использование внутривенных капельниц, организм шиноби продолжал исправно функционировать, включая и различные выделения жидкостей, благоухавших вовсе не розами и насквозь пропитавшими ткань единственной одежды. Камера удаляла все посторонние запахи и самоочищалась раз в сутки, но того же нельзя было сказать про пленника. Не ирьёнину, какие только запахи не нюхавшему на поле боя и в лазаретах, говорить про брезгливость, но при удобствах в шаговой доступности и запасе одежды, почему бы и нет?
Когда я вернулся из подсобного помещения, Роуши уже лежал обнаженный и растянутый в позе морской звезды на каменной платформе в центре лаборатории, множество символов, знаков и иероглифов мягко мерцали на всей площади последней за исключением пары свободных кругов. Второй занимал относительно небольшой куб чакропроводящего металла с гранями величиной в двадцать три с половиной сантиметра и весивший сотню килограмм — накопитель для содержания биджу. Пока в неактивном состоянии.
— Босс, я закончил, — повернулся ко мне клон, прикреплявший последнюю цепь к толстому штырю в полу.
— Тогда не будем тянуть, — кивнул ему, подавляя норовивший вырваться зевок.
Последние ночи выдались у меня бессонные, так как это было единственным временем, когда возможно спокойно поработать над своими проектами, и никто не будет отвлекать, но усталость постепенно накапливалась, несмотря на использование ирьёдзюцу и сегодня мне хотелось прикорнуть хоть пару часиков перед отправкой на работу. Клан занял своё место, приготовившись подстраховывать на случай неожиданности, я же попустил руки к канджи «начало» и начал вливать чакру щедрым потоком, пробуждая весь комплекс.
Волна света пошла по плите и когда заполнила всё пространство, джинчурики выгнулся дугой с хриплым криком, а на его животе проявилась сдерживавшая четыреххвостого фуиндзюцу. Пара мгновений невидимой борьбы и из неё рекой хлынула темно-багровая чакра прямо в накопитель, знаки на котором зажглись точно таким же цветом. Несколько десятков минут ничего не менялось, но в один далеко не прекрасный момент по лаборатории пронёсся громогласный рык и до этого неподвижный поток дернулся и принялся изгибаться, будто под невидимыми руками.