Народ в автобусе заметно убывал, что говорило о приближении к конечной остановке. В подтверждение за окном потянулись мусорные свалки, километровые заводские заборы Из плит. Если в Москве жители вечерами едут из центра на окраины, в так называемые спальные районы, то специфика промышленного центра наложила свой отпечаток и на здешнее перемещение людей. Пора было начинать высматривать себе остановку поприличнее, но, видимо, слишком поздно она спохватилась. Ничего не оставалось, как ехать до конца.
На окраине оторваться от слежки всегда сложнее, и Катя не стала даже выходить из салона. Автобус, судя по репликам, наполнили спустившиеся со знаменитых красноярских столбов экскурсанты. Пока они усаживались, водитель перекусил, сходил к заднему колесу и затем тронулись в обратный путь. Пассажиров стало побольше, и парочка вполне грамотно разделилась — каждому по двери. Могла теперь и Катя вблизи рассмотреть девушку — небольшого росточка, с черной, как и у нее, челкой. Кто ж ты и откуда такая? Кем нанята и сколько за это получаешь? Нравится так кататься?
Отвернувшись, Катя стала смотреть в окно. И сразу увидела Соломатина, бегущего из последних сил вдоль дороги. Самоотверженность капитана пролила бальзам на сердце, и пришлось кусать губы, чтобы сдержать улыбку. Если бы еще знать: бежит из-за того, что остался в дураках и исправляет ошибку, или тревожится за нее? Непонятный он, Борис. То приближается, и она чувствует его тепло и биение сердца, так резко, словно от ожога, отдергивает уже протянутую руку.
Чей он, капитан? Кому и чем обязан? Помолвлен, как говорили в старину? Но она ведь ему не безразлична, она почувствовала это в первый же день знакомства. Или зря не разрешила ему подойти, когда он привстал со своей постели у нее в квартире? Может, развивались бы отношения у них сейчас по-другому? По крайней мере, определеннее?
Не зная маршрута автобуса, Катя вновь принялась следить за остановками. Когда мелькнули горящие неоновые буквы ресторана гостиницы «Октябрьская», вспомнила про свои документы прикрытия и вышла. Парочка проследовала за ней. «БМВ» и Лагута где-то потерялись, скорее всего, переосторожничали друг с другом. И вот теперь всем привет и до свидания. Смотрите, как работает «наружка» налоговой полиции.
Вошла в полупустой ресторан. Он, как положено, имеет и второй выход — в саму гостиницу. Туда, по всей видимости, и бросится один из провожающих. Второй запрет выход на улицу.
Но здесь вступает в действие ее ксива. Кто она, Ракитина, для окружающего мира? Работник санэпидемстанции, которую заботят и интересуют кухни, подсобные помещения, люки, а особенно выходы во дворы, где отгружаются продукты.
Прямиком, не мелькая перед праздной публикой, прошла за кухонную перегородку. Мимо котлов и жаровен, разделочных столов — к тыльному выходу. Повара и официанты еще и дорогу уступают, приученные: раз человек идет, да еще уверенно, значит, имеет на это право. А таким лучше дать дорогу. Лабиринты и ступеньки безошибочно вывели ее в узкий коридор со служебками и подсобками по обе стороны. В самом углу виднелся начинающий тускнеть уличный свет. Там где громыхала тележка для развозки продуктов. То, что и требовалось отыскать.
И — отпрянула назад.
Не оценила, снисходительно отнеслась к противнику! А за воротами, покуривая, стоял знакомый по автобусу парень. Рассчитал все грамотно. Хотя ей следовало бы ожидать подобное после того, как не смогла высадить парочку на остановке, исключено, что они даже учились по одной методике и у одного инструктора, и здесь, в ресторанных подсобках, им предстоит помериться хитростью и ловкостью.
В запасе оставалось два варианта: выходить обратно на улицу, где наверняка дежурит девица, или проскальзывать в гостиницу. Про второе надо забыть, это — тупик. Запрут на этажах и останется проситься к кому-то в номер или лезть по водосточной трубе. Прекрасный лунный пейзаж: дама на водосточной трубе гостиницы.