Замира, сразу взяв снова в свои руки обязанности хозяйки, разлила по пиалам чай.
Лена, ещё не обвыкшаяся с новым состоянием руки, пыталась то пошевелить пальцами, то покрутить ею, на что Замира, нахмурив брови, посоветовала ей (через мужа) оставить руку в покое: разрабатывать и «крутить» надо начать не раньше, чем через неделю! Да и гипс должен прихватиться!
Леонид уже вовсю потел – чай обжигал, но оказался очень вкусным! На что Джамшуд поспешил напомнить, что снабжение – всё ещё из Центра. Барахло не пришлют.
Когда женщины налили и себе чай, Джамшуд сказал, что так не годится, и сходил к холодильнику. По маленьким рюмкам разлили всем – даже Лене «накапали» – после чего с посерьёзневшим видом, и нахмурив брови, хозяин дома предложил тост:
– За благополучное прибытие в Чурессию, и ещё более благополучное завершение… Того, чего дорогие гости наметили!
Леонид покивал. Выдавить из себя он смог только:
– Спасибо!.. Если бы не вы с Джасуром…
На что Джамшуд резонно заметил:
– А для чего тогда существуют Друзья? И одноклассники, мать их?..
В ёмкости со спиртным вскоре ничего не осталось. И как-то незаметно обстановка за дастарханом перешла в куда менее официозную, зато куда более беззаботную. Настроение поднялось. Особенно после того, как радушный хозяин откупорил вторую. Ох, как этого не хватало Леониду все эти дни – чувства надёжности тылов…
Говорили в-основном мужчины: они с пылом обсуждали каких-то общих знакомых, которых куда только не разбросало. Лена узнала, что Муродбек – в БША, Сергей-маленький – в Чурессии, Михаил – в Езераеле, и теперь гордо именуется Моше. Говорили и про женщин – у кого теперь сколько детей, и кто в какую страну выбрался… В Нарвегии осталось двое – Андрей-профессор и Наталия – учительница начальных классов. Они в и-нет выходят редко, и только из интернет-кафе. То есть, денег купить комп, даже бэушный, да платить за трафик – попросту нет. Замира только улыбалась, Лена с умным видом слушала, и тоже улыбалась, в разговор не влезая.
Правда, часам к одиннадцати Леонид запросил пощады – отвыкший от алкоголя, и вымотанный нагрузками организм настойчиво требовал отдыха. Лена от тепла и успокоенности чувствовала себя полной идиоткой – но прекратить улыбаться и смотреть на всех влюблённым взором никак не могла. Ей было хорошо и спокойно и без великого «средства для снятия стрессов»…
У Джамшуда «удобства» оказались при доме. Так что совершив туалет и умывшись, Лена и Леонид завалились спать, как были – в одежде. Благо, в гостиной у Джамшуда оказался знакомый по Гуландомской комнате помост, и даже курпачи были одной расцветки с теми, оставшимися, кажется в той, прошлой, жизни, словно родные братья – видать, их наделали ещё тогда, когда все ткани изготовлялись на Петровском Комбинате, обслуживавшем весь Великий и Нерушимый…
– Спи! Когда Замира сготовит обед, Джамшуд нас разбудит.
– А… Ты его давно знаешь?
– Давно. Собственно, мы все учились в одной школе – Джамшуд в одном классе с моим братом Сашкой, а Джасур – на год старше. А я – на три года младше… Они меня ещё тогда, – Леонид пьяно ухмыльнулся, – в обиду не давали! Вот и сейчас…
– Надо же, – не удержалась Лена от шпильки, – Я смотрю, ты и тогда хулиганил, наверное, по-полной…
– Ну… Вообще-то, да! Помню, когда на уроке у химички мы подожгли «вонялку», Сашка к директору притащил вместо мамы нашу соседку, (Уж не знаю, как уговорил!) потому что знал – меня выпорют, как сидорову козу, если ма узнает, что я опять чего натворил… Приятно было ощущать за спиной… Поддержку «Большого Брата!». Однако…
Признаюсь, хоть и стыдно: всегда стремился вырваться «из-под крылышка»!
Какое-то время они молчали, лёжа на спинах и глядя в потолок. Каждый невольно вернулся по реке времени назад – к сравнительно беззаботному детству и Великому Государству, где все они тогда жили, не задумываясь о будущем…
Потом Лена всё же выдавила сквозь слёзы:
– Счастливый ты, Леонид… А вот у меня никогда не было – ни брата, чтоб заступился, ни сестры, чтобы поплакаться…
Леонид развернулся к ней, но ни о чём не спросил. Только смотрел. Но – наверное что-то было в его взгляде. Потому что Лена чуть погодя продолжила:
– Я… Вообще-то я – сама дура! Никто меня не заставлял. Матери было всё, что там со мной, в школе, происходило… неинтересно. Она хотела только одного: чтобы кто дал на бутылку! Так что молва про наше семейство шла не самая хорошая. Ну а я-то – я-то!.. Думала, мой х..ев «прынц на белом коне» выше всех этих сплетен, и заберёт меня в волшебное королевство…