— Что из себя представляет ваш староста Со Я Чо? — спросил он Со Маун Та.
— По-моему, он человек приличный. А в чем дело?
— Я хотел бы с ним познакомиться.
— Зачем?
— Во-первых, мне будет проще останавливаться здесь на продолжительный срок. И вообще неплохо почаще общаться со старостой и находиться у него вне подозрений. Ты сможешь помочь мне в этом деле?
— Ума не приложу, как это сделать.
— Послушай, — сказал Ко Со Твей после некоторого раздумья. — А не увлекается ли он охотой?
— По-моему, увлекается.
— Тогда все в порядке. Я приглашу его на охоту, а там все получится само собой, — обрадовался Ко Со Твей.
К вечеру следующего дня они отправились к старосте.
— Вы по делу, Со Маун Та? — спросил староста, встретив их у дверей дома.
— Да вот ветеран попросил его к вам проводить, — промямлил Со Маун Та.
— А, ветеран, заходите, присаживайтесь, — любезно пригласил староста гостя, указывая ему место на дорогой циновке.
— У меня, собственно говоря, и дел-то особых к вам нет. Просто узнал, что вы увлекаетесь охотой. А я как раз ищу себе компанию.
— Вы тоже охотник? Очень приятно. А где вы сейчас живете? — спросил староста, внимательно разглядывая Ко Со Твея.
— В деревне Вамило.
— Вамило? А почему оказались здесь?
— Слышал, что у вас много оленей и кабанов. Захотелось поохотиться.
— Да, наши края богаты всяким зверьем. А у вас как?
— Плохо, почти ничего нет.
Во время их беседы из кухни появилась девушка-каренка лет восемнадцати, с чайником и чашками. Ее необычайная красота поразила Ко Со Твея.
— Ну-ка, поджарь нам немного сухой оленины, — попросил староста.
— Хорошо, — тихо ответила та и бесшумно вышла.
— Ну как, много интересного вам довелось увидеть за границей? — поинтересовался Со Я Чо, видно, для того, чтобы поддержать разговор.
— Нет, почти ничего не видел. Англичане призвали нас в армию и держали как на привязи — никуда не выпускали.
— А в боях участвовали?
— Нет. Не успели мы добраться до Англии, как война кончилась.
— Значит, повезло.
— Это как сказать. Нам хотелось воевать, а пришлось ограничиться тренировкой в учебных лагерях.
— А как англичане к вам относились?
— Плохо. Они ведь считают нас людьми второго сорта.
— Так это вы рассказывали в деревне Вамило об англичанах?
— Я, — после некоторого колебания признался Ко Со Твей.
— Слышал, слышал. А я еще подумал, кто же это осмелился так независимо судить об англичанах? — рассмеялся староста.
— А что вы знаете об англичанах? Что общего между каренами и англичанами? Одна религия, да и только. Англичане в порабощенных ими странах никого за людей не признают. А нас они даже в один ряд с индийцами не ставят.
— Да, вероятно, вы правы. Они нашу страну объявили частью Индии. Англичане считают, что мы стоим на более низкой ступени развития, чем индийцы.
В комнату впорхнула дочь старосты и молча поставила перед гостем тарелку с олениной.
— Попробуйте мясо нашего приготовления. Эй, Со Маун Та, может быть, чайку попьешь.
— Спасибо, не хочу, — отказался тот.
— Если хочешь, ступай домой, — предложил ему Ко Со Твей. — Я еще немного посижу.
Со Маун Та попрощался и вышел.
— Как вас зовут? Мы ведь не познакомились еще, — сказал староста.
— Мое имя Ко Со Твей.
— Как долго вы намерены пробыть в нашей деревне?
— Дня четыре, пять. А когда мы с вами поохотимся на оленей?
— Сейчас никак не могу. С этим налогом хлопот прибавилось.
— Какие могут быть налоги в это время года? — спросил Ко Со Твей, делая вид, что не знает, о чем идет речь.
— Не знаю, что они себе думают там в правительстве. Урожай еще не созрел, а крестьян опять налогами обложили. Как их соберешь, если ни у кого денег нет.
— У крестьян сейчас именно такой момент, когда в кармане пусто. И об этом все отлично знают. Как же вы можете выполнить приказ властей, если заведомо известно, что никаких налогов собрать не удастся?
— Мне сказано собрать, а возможно это или невозможно — до этого никому дела нет. Если я не буду принимать никаких мер, все шишки посыплются на меня.