И все они с нетерпением ожидали последних сообщений из округа Таравади. Газеты раскупались мгновенно. В самых захолустных деревнях, где практически все население было неграмотным, руководители крестьян регулярно проводили политические информации. Неистовство полиции и военных властей доходило до того, что они уничтожали целые деревни. Так были сожжены Инкау, Пхаейчо и Ейтай. В бою у Пхаейчо погибли десять воинов-галонов. Но не оставались в долгу и повстанцы. Они расправились с сержантом полиции У Та Ханом, в бою у деревни Ве убили английского инженера Фиглера, начальника департамента лесов У Ба Ина и еще нескольких представителей колониальной администрации.
Эти известия придавали уверенность руководителям крестьянских масс волости Пхаунджи. Старосты же почувствовали себя в опасности — их защитники-англичане потеряли к ним интерес, а повстанцы жестоко расправлялись с самыми ненавистными из них. Так в деревне Зейнза убили старосту У Пходи Ньюна.
Тхун Ин закончил уборку еще на одном участке. Он связывал сжатый рис в снопы, когда прибежала Твей Мей.
— В округе Таравади началось восстание, — возбужденно сообщила она. — Что будем делать, Тхун Ин?
— Если началось восстание, то нам остается одно — присоединиться к нему. Мы ведь давно ждали этого дня, — ответил Тхун Ин.
— Как ты думаешь, когда нам следует выступать?
— Как только в волости появятся правительственные войска и отряды полиции.
— Мы с тобой должны пожениться, пока еще есть время.
Тхун Ин обомлел от неожиданности.
— Неизвестно, что нас ждет впереди. Может, мы погибнем в бою, так и не испытав счастья. — Она устремила на него взгляд, как бы стремясь проникнуть в его мысли. Тхун Ин молчал, думая о своем долге по отношению к Эй Хмьин.
— Почему ты не отвечаешь, Тхун Ин? Может быть, тебя останавливает отсутствие денег? Не беспокойся, деньги у меня есть. Я скопила кругленькую сумму. Пусть это тебя не волнует.
Тхун Ин стоял, словно каменное изваяние. У него не хватило смелости сказать Твей Мей, что между ними ничего быть не может, что женится он только на Эй Хмьин. Это было бы очень жестоко.
— Так когда мы сыграем свадьбу? — настаивала Твей Мей.
— Надо подождать, — изрек он наконец.
— Чего ждать? Со дня на день здесь начнутся бои. Я хочу всегда быть с тобой, чтобы рука об руку пройти через все испытания, какие выпадут на нашу долю.
И Тхун Ин снова не нашелся, что ответить. Неожиданно он заметил вдалеке две фигуры, направлявшиеся в их сторону. Это была спасительная соломинка.
— Взгляни-ка, кто это может быть, — оживленно спросил он, заслонив лицо ладонью от солнца.
— По-моему, это ваш хозяин, Ко Чо Ва, а с ним его конторский служащий, — ответила Твей Мей.
Тхун Ин с беспокойством осмотрел непрошеных гостей, чувствуя, что от этого визита ждать хорошего не приходится. Ко Чо Ва мог явиться только с одной целью — взыскать с У Аун Бана долг. А тут, как на грех, стояла тележка, доверху груженная провеянным рисом.
— Где отец? — спросил Ко Чо Ва.
— Отца нет. Он ушел по делам в Пхаунджи, — спокойно ответил Тхун Ин.
— А когда обещал вернуться?
Тхун Ин только вознамерился было ответить, как хозяин опередил его:
— Это, собственно говоря, не имеет значения. Я хочу немедленно получить причитающийся мне рис. Вы, правда, еще не покончили с уборкой, но для начала доставьте в мою усадьбу хотя бы весь рис, который уже провеяли.
— Ничего не могу вам сказать, Ко Чо Ва. Вернется отец, с ним и разговаривайте.
— Кто знает, когда он вернется. А у меня нет времени ждать.
— Отец сказал, что рассчитается с вами, как только вернется. Ведь мы всегда выплачиваем долги после завершения уборки.
— Сейчас трудно соблюдать обычный порядок. В стране неспокойно. Я не могу ждать. Вези пока сколько есть. Я зачту долг по сегодняшним ценам.
Тхун Ин не знал, как ему следует поступить, но тут на выручку пришла Твей Мей.
— Но ведь не может же Тхун Ин распоряжаться вместо дяди Аун Бана.
— Тхун Ин — мой должник, так же как и его отец.
— Я против этого не возражаю, но без отца ничего не отдам, — решительно сказал Тхун Ин.