Потихоньку кровообращение восстанавливалось, и я начала чувствовать конечности. Правда, пришла боль. Болело всё: от кончиков волос до кончиков ногтей. Катя, видя мои мучения, объяснила, что это откат от той дряни, которой нас накачали. Сколько мы тут сидим, никто не знает. Тут всегда темно. Меня притащили часов десять назад или около того. Единственный, у кого есть часы, и их не отобрали – Артур. До этого ещё можно было отслеживать время суток, но несколько часов назад они встали. Хотя они старые, механические, не могли поломаться так внезапно. Единственное, что осталось от его родных.
- Сашка! - простонала Лина и бросилась меня обнимать. Я тоже застонала, правда, от боли. – Прости, прости.
Лина запричитала и погладила по плечу и руке.
- Всё хорошо. Держись, Лина. Не падай в обмороки. Мы сильные, справимся.
Алинка кивнула, села рядом и переплела наши пальцы.
Через некоторое время дверь в углу комнаты с шипением открылась. Сидящие в клетках ребята напряглись. Я во все глаза рассматривала нашего пленителя. Не верю я в мутантов и нелюдей. Свет из коридора осветил лишь силуэт. Очень худой, двуногий, с маленькой овальной головой без волос. Руки длинные, прямо до колен, с длинными пальцами. Что за маскарад? Он щёлкнул выключателем и нас ослепило белоснежным светом. Я зажмурилась, привыкая к неожиданной яркости.
- Подопытных сколько? – услышала безэмоциональный скрипучий голос и открыла глаза.
Возле двери с металлическим планшетом стоял мутант. Тот самый длинный, худой с непропорциональными конечностями и овальной головой. Он был весь серо-зелёный, вместо носа две дырки, рот перевёрнут и острые как бритва зубы в два ряда. А глаза… Стрекозьи линзы, внутри которых очень много маленьких глазок. И они смотрят во все стороны одновременно. Меня передёрнуло. Пару глазок заметили мои разглядывания, и мутант повернул голову. Рядом вскрикнула Лина и опять упала в обморок. С другой стороны от меня затряслись Любка с Катей. Я же продолжала смотреть прямо в стрекозьи глаза инопланетянина.
- Пять воинов, - ответил зашедший вслед за ним горбатый мутант и указал на наших спортсменов.
Этот был другого вида, что ли. Горбатый и глаз всего одна пара. Правда, большие. На пол-лица и раскосые.
- Корма мало, - заметил он, опять смотря только на меня.
- Левый сектор тоже корм, - буркнул горбун и подбородком (хотя его у него нет) показал на клетку с девчонками.
- А эти? – мутант показал на клетку с остальными парнями.
- Расходный материал. – ответил горбатый.
Мутант уткнулся в свой металлический планшет, что-то записывал. Всё это время ребята молчали и во все глаза смотрели на мутантов-переростков.
- Эй, вы! Мы не корм и не расходный материал. Отпустите нас немедленно! - решила я вступить в контакт с инопланетником.
- Дура, молчи! Они уничтожат тебя! – заверещали Люба с Катей и прижались сильнее к друг другу.
Зелёные монстры даже не отреагировали на мои слова.
- Эй, ты! Стрекозёл! - я стукнула по решётке.
Оба мутанта подняли и чуть склонили головы.
- Утихомирь самочку, она создаёт много шума. - заметил стрекозёл.
Горбун уверенно подошёл к нашей клетке. Я попятилась. Он вытащил непонятный прибор и пустил электрическую молнию прямо в меня. Я вскрикнула и, затрепыхавшись, упала на пол.
- Не усердствуй, корма мало. – остановил его главный мутант, и меня отпустили.
- Начнём с подопытного тринадцать сорок пять. Ведите его в лабораторию.
Отдав приказ, мутант вышел из комнаты. Вместо него зашли два горбуна. Первый пустил по клетке с нашими мальчишками электрический разряд, оглушая их. Двое вытащили Егорова и унесли. Я лежала ни жива ни мертва. Снова не чувствовала своё тело, лишь вздрагивала от болевых ощущений. Сердце трепыхалось раненной птицей.
- Будешь теперь молчать, Иванова! Иначе убьют. Они уже зажарили одну девчонку не из наших. Мы видели. – сказала Люба, и они с Катей вновь притянули меня к стене.
Глава 4
Время тянулось очень медленно. Страх засел где-то в глубине души и держал в напряжении. Боль утихла, и я смогла передвигать конечностями. Девочки тихо всхлипывали. Парни совещались, придумывая немыслимые планы по освобождению. В какой-то момент стена за нашими клетками пришла в движение и появился небольшой проем. Из него выкатились металлические чашки с бурой жижей. Люба, Катя и Алина взяли по чашке и начали есть руками. Давились, подавляли рвотный рефлекс, но ели.