- Морские пехотинцы тоже, - сказал Брейловски. - Сэр, если вы собираетесь выручать императрицу... морские пехотинцы флота Метрополии на вашей стороне.
- А как насчет полковника Риччи? - спросил Эйтилиус.
- Что насчет него, сэр? - переспросил Брейловски, его глаза были как кремень. - Он - киска из штаба обороны, которую засунули нам в глотку ублюдки, удерживающие императрицу. У него никогда не было командования выше роты, и с этим он справился дерьмово. Вы думаете, мы последуем за ним, если дело дойдет до династической драки, сэр?
Он покачал головой, мышцы лица напряглись, и посмотрел на Кьерульфа.
- Сэр, вы действительно думаете, что этот придурок Роджер жив?
- Да. - Кьерульф пожал плечами. - Что-то было в глазах, когда О'Кейси делала свои намеки. И я не думаю, что О'Кейси - это та женщина, которая покинула Старую Землю, старший сержант. Если принц изменился так же сильно, как она... что ж, мне будет интересно с ним познакомиться. Действительно, зажарить откормленного тельца.
- Мы собираемся это сделать? - спросила Сохейле. - Встретиться с ним?
- Сомневаюсь в этом, - сказал Кьерульф. - Во всяком случае, не раньше, чем что-то произойдет. Я думаю, они к чему-то готовятся, и поскольку они, похоже, планируют, что это произойдет в ближайшее время, я бы сказал, в районе имперского фестиваля.
- И что мы собираемся делать? - спросил Фенрек, наклоняясь вперед.
- Ничего. Мы ничего не собираемся делать. За исключением, конечно, того, чтобы убедиться, что остальной флот Метрополии ничего не предпринимает. Что потребует некоторых усилий.
- Черт возьми, да, это так, - сказал Эйтилиус, вскидывая руки. - У нас четыре носителя! Мы говорим о четырех авианосцах из трех разных эскадр, сражающихся с шестью полными эскадрами!
- Мы можем получить некоторую помощь, - сказал Кьерульф.
- Хельмут, - сказал капитан Пэйвел с "Гольбейна". Он сидел в стороне, спокойно наблюдая.
- Вероятно, - согласился Кьерульф. - Ты же знаешь, какой он.
- Он без ума от Александры, - сказал Пэйвел.
- Как и ты - вот почему ты здесь.
- Нужно быть одним, чтобы знать другого, - сказал Пэйвел, его лицо все еще было закрыто.
- Ты в деле? - спросил Кьерульф.
- Черт возьми, да. - Даже самый милосердный человек не назвал бы улыбкой выражение, которое наконец появилось на лице Пэйвела. - Полагаю, что кто-то другой получит яйца Эйдулы до того, как я туда доберусь. Но я все равно в деле.
- Я в деле, - сказал Фенрек. - И мои офицеры последуют за мной. Постоянные экипажи тоже. До них дошли слухи.
- Я тоже, - сказала Сохейле. - Даже если Роджер не сдвинется с места - и, честно говоря, я была бы удивлена, если бы он изменился настолько, чтобы отрастить яйца для этого, - я предлагаю, чтобы мы сделали это сами. Если слухи верны, лучше смерть императрицы, чем то, что происходит.
- Так и есть, - мрачно сказал Кьерульф, глядя на Эйтилиуса. - Корву?
- Мне осталось всего два года до пенсии, - с несчастным видом сказал Эйтилиус. - Письменный стол сейчас выглядит неплохо. - Секунду он выглядел несчастным, затем расправил плечи. - Но, да, я в деле. На всю дорогу. Что там насчет священной чести?
- "Наши жизни, наши состояния и наша священная честь", - сказал Пэйвел. - Это то, на что мы подписываемся наверняка. Но лучше бы речь шла о восстановлении императрицы, а не о том, чтобы посадить на трон этого зануду Роджера.
- Если кто-нибудь из нас выживет, мы позаботимся об этом, - сказал Фенрек. - Но как мы собираемся подать сигнал к началу? Предполагаю, что идея состоит в том, чтобы не дать флоту подойти достаточно близко и предотвратить поддержку сил Эйдулы кинетическим оружием и морскими пехотинцами.
- Ни один чертов морской пехотинец не поднимется на борт шаттла, сэр, - сказал Брейловски. - Кроме как убить Эйдулу.
- У морских пехотинцев будет другая работа, старший сержант, - сказал Кьерульф. - Что собираются сделать морские пехотинцы, так это подавить попытку мятежа против трона на своих собственных кораблях.
- Черт, - сказал старший сержант, качая головой. - Я боялся, что это будет что-то в этом роде.
- Это и некоторые обязанности на Луне, - сказал Кьерульф и оглядел лица остальных, его собственные были мрачными. - Я не знаю всего, чем занимались Гринберг и этот проныра Валленштейн. Может, я и начальник штаба флота, но они отстранили меня от многих дел, особенно прямо здесь, на Лунной базе. У меня действительно плохое предчувствие, что Гринберг, например, изменил коды выпуска на пусковых установках ракет, но нет никакого способа проверить, чтобы он не узнал, что я это сделал. Если это так, я буду занят по крайней мере десять-двенадцать часов, пока мы не взломаем замки. Это если все пойдет хорошо. И именно поэтому мне нужно, чтобы вы и ваши корабли были поближе к планете.