Однако с каждым шагом сердца команды почему-то бились сильнее. Анке вновь началось казаться, что коридор сужался вдалеке до небольшой точки. Воздух становился тяжелее и ядовитее, отчего экипажу стало сложнее дышать. Каждый почувствовал неладное и вцепился мертвой хваткой в оружие. Даже Эйвор лихорадочно сменила “Луч” на свой запасной “Кварк”.
— Осторожнее, — Герман тихо указал на неровность и глубокую царапину у одной из открытых дверей на пути.
— Не помню такой… — Депай с ужасом обнаружил, что в прошлый раз, когда он ходил с Монту по этому коридору, такой царапины не было.
— Идем, будьте начеку, — капитан тихим, но строгим голосом пресек попытку экипажа на новую паническую атаку.
“Очнись, Джи-Джи!” — мысль в голове солдата словно пронеслась по всему коридору со страшной громкостью. — “Ты же чувствуешь, катастрофа близка. Эйвор полетит вместе с Германом. Ей будет уготована страшная участь — смерть в холодном космосе. Ты и так потерял Монту, так будет же сильным, убей капитана, пока не поздно!”
Депай долго сопротивлялся порывам к убийству, хотел убедить команду в лживости Руднева, но ничего толком не вышло. Его доводы никто не услышал, все застряли в собственных переживаниях, не видя одного — впереди за капитаном пропасть. Неминуемая смертельная пропасть.
“Так не может продолжаться… как дойдем до капсул, я убью его. Остальным будет уже поздно что-то изменить, и мы улетим без гнусной крысы,” — молодой солдат впервые осознал свое стремление максимально твердо, четко и бесповоротно. Курок наконец-то был нажат.
Впереди у входа к спасательным капсулам экипаж хотел увидеть проблеск надежды и спасения. Но там зияли лишь тягомотный мрак и отчаяние. Никто не мог объяснить свои ощущения, пока не увидел вдалеке чудовищных тварей. Целых три больших и мерзких созданий медленно шли от спасательных капсул в их сторону.
На секунду все замерли. Буквально все. Мертвая тишина приняла царство над коридором, где столкнулись лицом к лицу слуги смерти — отчаяние, страх и злоба. Никто не совершал ни одного резкого движения — все силы были сосредоточены на взор. Хотелось закрыть глаза, но они даже не моргали, а ждали любого действия монстров. Хотелось закричать, выплеснуть страх наружу, сдаться и надеяться на быструю погибель. Но уста не давали и толики возможности что-то сказать, даже шепотом. Даже привычные и странные звуки за стенами прекратились, лишь бы не стать частью того ужаса, что мог сейчас наступить.
Все держались как могли, твари также не двигались, лишь слегка изогнулись в спине, готовясь в любой момент к нападению. Уродливые и мерзкие морды смотрели прямо на незваных людей, хотя глаза не были видны. Анка боялась подобной встречи всей душой. Девушка кричала и от одних режущих слух звуков когтистых лап, а тут эти отродья стояли перед ней лицом к лицу. Медик в самом начале еще слабо верила в то, что ей чудится эта ужасающая картина. Но все остановились — весь экипаж напрягся и испугался в моменте. Иллюзии и галлюцинации оказались жестокой действительностью. И потому тревога в груди девушки увеличивалась с каждым легким вздохом, а обстановка накалялась. Анка Гортат боялась, что спровоцирует неминуемую гибель, если закричит от страха. Капитан переслал на наручные компьютеры экипажа быстрой командой сообщение: “Тихо”. Но первым сдался Агро, который не думал не о чем, кроме как выжить и прибить мерзких созданий:
— Сдохните! — Накамура на адреналине выпалил очередь из “Кварка” по тварям, отчего по коридору со всей силой пронеслись болезненные вопли и устрашающие звуки.
— Назад, назад, назад! — капитан Руднев прокричал что есть мочи, отстреливаясь от чудищ, которые от агрессии начали наступать на них, перепрыгивая с стенки на стенку. — В кают-компанию, живо!
В коридоре начался полнейший хаос — множество красный лучей летало и попадали то в стены, то в тварей; жуткий гул и выкрики не переставали проноситься эхом ни на секунду; яркие всполохи адского пламени от оружия Депая создавали границу между командой и чудовищами. Единственный, кто не шевелился во всей этой заварушке, была Анка — страх парализовал тело бедной девушки.
Джи-Джи, заметив катастрофическое положение медика, спиной подошел к ней, продолжая отпугивать тварей огнем: