Жестом подзываю бармена и прошу воды. Он улыбается, кивает, и через несколько секунд передо мной запотевший стакан с холодной водой, от которой сводит зубы и заходится горло.
Жадно пью, до дна. Становится немного легче. Совсем чуть-чуть. Жажда отступает, но виски словно сдавливает огромная безжалостная рука.
Все, хватит. Ухожу.
Разворачиваюсь, скользя по гладкой поверхности стула, и испуганно вздрагиваю, уронив на пол клатч.
Рядом со мной Максим. Усмехнувшись, наклоняется, поднимает сумку, и задумчиво крутит в руках.
Только его не хватало! Все-таки не удержался, подошел. Эх, надо было раньше уходить, продефилировать мимо него, пока болтал с кем-то по телефону на лестнице и все. Уйти не оборачиваясь.
— Спасибо, — протягиваю руку, сжимая непослушные пальцы на черной лакированной коже.
— Да не за что, — смотрит в глаза, но не отпускает свою находку. Тяну на себя, результата ноль.
— Макс, если тебе нравится моя сумочка, то мог бы сказать раньше — с удовольствием дала бы поносить, — не могу сдержать ядовитую реплику. Настроения и так нет, да еще и голова раскалывается. Раздражает все: и Макс, и этот зал, и музыка, и цветные огни, постепенно сливающиеся в одно сплошное марево.
Он недобро улыбается:
— Как всегда сплошные колючки.
— Удивлен?
— Ни капли.
— Тогда не смею задерживать, — поднимаюсь, отмечая неприятную тяжесть в желудке, и пытаюсь его обойти.
Не выходит. Градов делает шаг в мою сторону, преграждая путь.
— Уже уходишь? — спрашивает, пристально всматриваясь в глаза.
— Да.
— Зря, самое веселье скоро начнется, — хмыкает он, небрежно поглядывая на свои дорогущие золотые часы.
— Без меня, — пренебрежительно фыркнув, снова пытаюсь его обойти.
— Нет, Крис. Без тебя никак, — бесцеремонно хватает чуть повыше локтя, удерживая рядом с собой.
Остановившись, медленно разворачиваюсь, опускаю ледяной взгляд, на его пальцы, спившиеся в кожу, а потом, подняв бровь, смотрю в глаза.
— Ох, ты, блин, прямо кобра, — усмехается он, и показательно отводит руку в сторону, — все отпускаю.
— Максим, я никак не пойму, чего ты добиваешься? — подхожу к нему вплотную, наблюдая за тем, как он с каждым мигом становится все мрачнее, — ты же не идиот. Понимаешь, что все. Конец. Чтобы нас не связывало раньше — оно осталось в прошлом. Я извинилась, хоть мои извинения тебе на хр*н не сдались. Больше ничего предложить не могу. Клясться в вечной дружбе и обещать общаться семьями тоже не буду. В тебе сейчас самолюбие, оскорбленное играет, не более того. Поэтому будь добр, держи его в узде, не усложняй жизнь ни себе, ни мне.
— Да-а-а-а? — протянул он, — серьезно думаешь, что дело в ср*ном самолюбии?
— Ну, может еще в самомнении. Все Макс, заканчиваем этот спектакль и расходимся.
Он снова не дает мне уйти, не вызывая ничего кроме жуткого раздражения. Музыка эта, будь она неладна, то звучит словно сквозь слой поролона, то нарастает, терзая мои барабанные перепонки.
— Черт, — не выдерживаю, морщусь, плотно прижимая руки к ушам, — зачем так врубать?!
Парень напряженно смотрит на меня, явно не собираясь пропускать.
От шума, и жуткой какофонии звуков начинает звенеть в голове. Желание уйти, становится просто невыносимым, поэтому, примирительно вздохнув, устало произношу:
— Градов, скажи, что мне сделать, чтобы ты оставил меня в покое?
Он с минуту рассматривает меня, а потом тихо просит:
— Потанцуй со мной.
— Нет, — отрицательно покачала головой. Я не хочу танцевать, мне нехорошо.
— Просто один танец, и я обещаю, что отстану от тебя. Напоследок.
Как по заказу грохот клубной музыки сменяется плавным мотивом. Градов усмехается и протягивает мне руку.
— Давай, Крис. Помнишь, наш с тобой первый вечер тоже с танца начался. Давай и закончим на той же ноте.
Надо же, помнит наш первый вечер! Я вот ни хрена не помню. Ни первый вечер, ни второй, ни то, что было с утра. Странное ощущение, будто мое тело живет отдельно от меня. Мысли путаются, и я с трудом понимаю, что творится вокруг.
Сама не знаю, почему рассеянно вкладываю свою прохладную, влажную ладонь ему в руку. Не хочу танцевать, но плетусь следом за ним на танцпол.
Музыка медленная, красивая. Кладу руки ему на плечи, а сама растерянно вожу взглядом по сторонам, потому что все кажется нереальным, надутым, выпуклым, будто смотрю на мир сквозь стенку круглого аквариума. Что за бред?
Пол словно живой, покачивается, вращается, и я против воли цепляюсь за пиджак Макса, потому что меня раскачивает из стороны в сторону.
Градов снова смотрит на часы.
— Ждешь кого-то? — спрашиваю, а сама считаю удары своего сердца, которое кажется, пульсирует не в грудной клетке, а в горле, в глазах, на кончиках пальцев. Мотаю головой, пытаясь отогнать наваждение.
— Жду, — соглашается Макс.
— Кого? — не то чтобы мне было интересно, просто дежурная фраза.
Градов склоняется к моему уху, и тихо произносит:
— Конца света.
— И когда он планируется? — ирония не удалась, голос становится каким-то вялым, тусклым.
— Судя по всему, минут через десять окончательно накроет.
— Даже так? Здорово. Может, мне занять место поудобнее? В первом ряду?
Максим улыбается, тихо смеется, прижимая к себе чуть сильнее, и доверительно сообщает:
— Крис, детка, ты и так в самом эпицентре.
Мне не нравится выражение его глаз, смысл сказанного ускользает, рассыпаясь на крошечные частички.
Надо идти домой.