В немом ужасе открываю рот, под мат Гордеева и уже через секунду всё начинает искрить, а потом всё - темнота.
- Твою мать…! – выпаливает Андрей.
- Вот ведь ***. – не сдержалась и я.
Ориентируюсь в темноте и на ощупь пытаюсь дойди до аппаратуры. Вот только вместо этого второй раз наступаю Гордееву на ногу.
- Чёрт возьми! Плюшкина!
- Ой, прости…что мало! –выпаливаю, пытаясь нащупать руками стол. – Есть! – радостно выпаливаю, достигнув нужной цели, при этом взяв в руки уже телефон и включив фонарик.
- Что там? – недовольно произносит он, устраиваясь рядом со мной и потирая ногу.
- Откуда мне знать? Я не электрик!
- Тогда и не суйся! – огрызнулся он на меня, и тут же стал что-то проделывать с аппаратом.
И буквально через пару секунд у нас вновь появился свет!
- Кажется не всё так критично…
- Ага…если не учитывать тот факт, что это произошло во время концерта! – нервно произношу, понимая, что нам капец!
Гордеев же молча поднимается с места и смотрит через окно в зал.
- Всё-таки пронесло.
- В смысле?
- В смысле свет вырубился, когда Кира и Лиам закрывали концерт.
- А-а… - только и смогла я произнести, но не успела даже что-либо договорить, как дверь открылась и на её пороге появился до ужаса злой и недовольный ректор.
- Ко мне в кабинет. – тут же проговорил. Но что мне не понравилось, так это даже не то, какое выражение было у его лица, а то, с какой спокойной сталью в голосе он это проговорил.
***
Вот уже несколько минут мы сидели напротив ректора в гробовом молчание. Он беззвучно смотрел то на меня, то на Гордеева. После чего отводил взгляд в сторону, глядя куда-то в окно, а затем вновь начинал испытывать нас своим пронзительным и испытующим взглядом.
- Ну Станислав Львович, скажите уже что-нибудь! Только не молчите…это подобно пытке! – простонала я, не в силах больше выдержать этот взгляд. Гордеев же усмехнулся, но промолчал.
- А что я должен сказать? По-моему, только с вами двумя я разговариваю больше, чем с кем-либо из этого университета! И что в итоге? Во время концерта вдруг выключается свет! Просто уму непостижимо! Как вы можете это объяснить?
- Это всё он(она)! – выпалили мы одновременно, и тут же посмотрели друг на друга, обжигающим взглядом. Ректор же томно вздохнул.
- Всё! Моё терпение не безгранично, увы.
- Вы нас отчислите? – вопросил Гордеев.
- Но как же так?! Вы не можете! Я же только-только начала учиться! Я даже не успела войти во вкус студенческой жизни! – возмущённо выпаливаю, надув губы.
- В самом деле? А мне так не показалось. – усмехнулся мужчина, облокотившись об спинку своего кресла.
- Станислав Львович, мы обещаем, что подобного больше не повторится. – уверяет его Гордеев, поддавшись вперёд.
- Охотно вам верю. Ведь судя по вам – одинаковых сюрпризов вы мне не преподносите.
Гордеев хмурится. Я же закусываю губу, думая, что это и впрямь наш конец. Конец моей жизни! Конец всему!
- Что ж…думал обойтись другими методами, но раз так, но придётся всё же этим. – задумчиво произносит, а затем переводит свой взгляд на нас. – Раз вы двое никак не можете найти общий язык между собой, то я вверяю вас в руки психологов.
- ЧТО?! – непроизвольно вырывается из меня, когда Гордеев сидит уже раскрыв рот.
- Не в том смысле, что вы подумали, Олеся. Хотя…это можно отнести и к тому же. Впрочем, не важно. С завтрашнего дня вы будите парой для психологического факультета. У ребят как раз идёт некоторая практика и…
- И мы будем их подопытными…? – с некоторым прискорбием заключил Гордеев.
- Ну что вы? Почему сразу подопытными? Просто будете выполнять их задания, то что они будут вам говорить делать. С этим разберётесь завтра, где уже ребята вам всё подробно объяснят сами. Может быть так, вы сможете перестать препираться и наконец признать свои чувства.
- Чего?! – выпаливаем вновь в голос.
Станислав Львович смеётся, но вместо ответа лишь произносит:
- Свободны. Но если узнаю, что вы не слушаетесь ребят, то отчислю. Выбор за вами.
- Но… - начала было я.
- Никаких - но.
Я насупилась, но тут же умолкла.
- Мы всё поняли. Поэтому будем подопытными для ваших ребят. – ответил за нас обоих Гордеев, на что я лишь молча кивнула, понимая, что иного выбора то все равно нет.